Книга Роман Марсо Миллера, страница 69 – Марсо Миллер

Я взяла из шкафчика ключи от трех судов, потом выудила из-под стола за толстую ручку фонарь Wolflite. Нажала на кнопку и убедилась, что лампа горит. На лодках, которые нам возвращают клиенты, всегда есть уголки, куда нужно посветить, чтобы проверить, нет ли там протечек, забытых вещей, повреждений…

Снаружи, с причала, я осмотрела носовую часть каждой яхты, ватерлинию, форштевень. Когда я водила по корпусу лучом фонаря, за ним следовали рыбы, наверное, надеялись найти еду. Мне не понадобилось много времени, чтобы обнаружить на носу одной из “Антарес флай” след, который был незаметен, если его специально не искать. Он располагался ниже уровня причала. Вполне логично: мой причал был ниже здешнего. Этот форштевень, несомненно, вступил в тесный контакт с истертыми пористыми шинами, которые я прибила к своему причалу вместо кранцев десять лет назад.

Я поднялась на борт. Внушительных размеров яхта даже не качнулась. Я прошлась лучом фонарика по палубе, каюте, ограждениям, кокпиту. Яхта была в прекрасном состоянии: она не проходила и пяти лет, а значит, была все равно что новая. Технический осмотр этой и двух других яхт мы провели несколько недель назад. Я это хорошо помнила, потому что сама отгоняла судно в мастерскую “Моторбот” здесь же на озере, недалеко от нас. У ее хозяина Виктора имелась лицензия фирмы-производителя, к тому же я ему доверяла.

Я отперла каюту и спустилась по ступенькам, внимательно глядя под ноги. Но стукнулась лбом, как это порой случалось, причем довольно сильно, украсив себя неприглядной отметиной от удара. Очередного. Я села на скамейку, при свете фонаря осмотрела сначала все помещение целиком, затем занялась более сложными объектами. Нельзя было ничего пропустить. Все ящики, все скамейки, все декоративные панели на полу были сняты и осмотрены со всех сторон. Никаких следов, ничего подозрительного. Потом я, словно неуклюжая змея, пролезла в крошечный моторный отсек. Я подняла тонкие панели изоляционного покрытия пола, где стоял мотор. Луч фонаря, который я не выпускала из рук, осветил непрозрачный, слегка поблескивающий предмет нечеткой формы. Попытавшись его извлечь, я поняла, что это пластиковый пакет, судя по всему герметичный. Изогнувшись, я с трудом подтащила его поближе. Он весил не меньше килограмма. У меня часто забилось сердце: откуда тут взялся этот пакет? Световые сигналы моей интуиции переключились и загорелись красным.

А вдруг это рукопись?

Я поставила фонарь так, чтобы его луч падал на содержимое пакета, и приготовилась его вскрыть.

Я его надорвала.

Прежде всего меня встревожил запах. Из пакета тошнотворно запахло неприятностями.

Марихуана. В разных видах: сушеные листья, маленькие смолистые брусочки, шарики вроде конфеток. Словно вспышка, в голове промелькнули слова Карен о моей дочери: “Эрмиона хранит у себя в комнате косяки”. Какая удача, что на эту мерзость наткнулась именно я, а не Карен. И тем более не полиция. Потом мне вспомнился сын Виктора, хозяина “Моторбота”. Пустоголовый парень лет шестнадцати, всегда у отца на подхвате. Ему иногда случалось, помогая отцу, пригонять мне мои суда. А еще – тусоваться с Эрмионой. Интересно, может, он уже возил ее покататься по озеру, чтобы похвастаться? Я вытряхнула пакет и обнаружила… пачку презервативов.