Книга Роман Марсо Миллера, страница 43 – Марсо Миллер

Вся эта история, словно мина, взорвала наше маленькое сообщество, а это был весь мой мир. Марсо, что за механизм ты запустил?

Мы не произнесли ни слова, в машине царило молчание. Слышалось только поскрипывание узлов подвески. Мой мозг дымился. Мыслительный процесс опьянял меня и выводил из равновесия, мне казалось, я уже себя не контролирую. Рейно не отвлекаясь смотрел на дорогу. Я не знала, о чем он думает: у него было замкнутое, жесткое, озабоченное выражение лица. Этот день выдался изнурительным во всех отношениях.

Ночь захватила землю, фары освещали асфальт. Разметка как будто расплылась. Мы съехали с главной дороги. Рейно лишь слегка притормозил перед поворотом на лесную дорогу, ведущую к его шале. Лучи фар разогнали ночных животных, второпях разбежавшихся по кустам. Меня завораживало далекое, едва заметное свечение озера. Вдруг среди высоких папоротников и хвойных веток мелькнули два световых блика. Рейно вдавил в пол педаль тормоза. Машину по инерции протащило вперед еще метра на два. Олень, судя по росту почти взрослый, лишь слегка коснулся верхней части капота. Рейно автоматически прикрыл меня рукой, защищая от возможного удара. Сердце готово было выскочить у меня из груди. Похоже, мы с оленем были одинаково потрясены. Если бы за рулем сидела я в моем нынешнем состоянии, животное наверняка влетело бы в лобовое стекло. Рейно повернулся ко мне и посмотрел доброжелательно, почти по-отцовски:

— В это время года их тут тьма-тьмущая. Я их слышу по вечерам, когда сижу на террасе. Иногда при свете луны вижу, как они проходят мимо словно тени. Их силуэты видны на фоне озера, когда они приходят туда пить: часами смотрел бы на них.

Я поняла, почему он так полюбил это место, почти дикое, уединенное. Когда он выключил мотор, а с ним и фары, незаметно, как будто исподволь начало вырисовываться озеро. Я любовалась огромным темным, мерцающим пространством в крошечных пятнышках лодок, еще качающихся на волнах. Этот гигантский резервуар пресной воды, зажатый между горами, всегда оказывал на меня магнетическое воздействие. Я знала вкус Лемана и его температуру во все времена года. Я знала, какую пользу озеро мне приносит, когда обнимает меня. От дома Рейно к озеру вела тропинка. Я окунула руки в темную ночную воду. Ополоснула лицо, пригладила волосы. Я не видела своего отражения, может, это и к лучшему. Я повернулась к Рейно, который стоял со мной рядом:

— Спасибо… за то, что ты делаешь.

— Это совершенно нормально, Сара… То, что нам, видимо, предстоит, будет непросто.

Он посмотрел в сторону и немного смущенно спросил:

— Ты в состоянии ехать домой? Если хочешь, можешь переночевать здесь.

— Ничего, мне нужно к детям.

— Отдохни. Ты знаешь, что ждет тебя завтра.

Рейно передал мне сверток с нашей сегодняшней добычей. Он обнял меня. Я глубоко вздохнула, чтобы сдержать вновь овладевшее мной волнение. Потом села в пикап. Застыла на минуту, не трогаясь с места и проматывая в голове события сегодняшнего дня, как будто он уже закончился.

Я в последний раз взглянула на Рейно, который уже вошел в дом. Через широкие окна я видела, как он осматривает одно из своих охотничьих ружей. Он открыл затворную часть, почистил ее, заглянул в ствол и вставил туда гибкий шомпол с тонким ершиком на конце.