Книга Одна идеальная пара, страница 74 – Рут Уэйр

— Похоже, что так и есть, и это подтверждает тот факт, что у шоу нет «звездного» ведущего. Получается, что организаторы потому и не подписали на эту роль какую-нибудь известную личность, что проект еще не продан… разве не так?

— И это может служить объяснением ограниченного бюджета, – медленно произнесла Сантана. – Похоже, Баз снимает это на деньги из собственного кармана в надежде продать уже готовое шоу и заработать на этом, но не имея никаких гарантий, что все получится. Вам не кажется, что дело обстоит именно так?

— Если это в самом деле правда, я его убью, черт бы его побрал, – заявил Конор. Это было сказано тихо, но в этой реплике прозвучала серьезная угроза. Взглянув на Конора, я осознала, что это были его первые слова за уже довольно долгое время. Поскольку вид у него при этом был очень спокойный и сдержанный, его так и хотелось сравнить с готовой к детонации бомбой или пакетом, набитым взрывчаткой. – Я задушу База собственными руками, затем полечу в Британию и там сделаю то же самое с моим агентом – за то, что они заставили меня проехать полмира, чтобы участвовать в еще не проданном на телевидение шоу…

Голос Конора прервался. Зана смотрела на него во все глаза, кусая губы, и лицо у нее было почти таким же бледным, как и у Сантаны.

— Послушайте, мне в самом деле необходимо что-нибудь съесть, – раздался в напряженной тишине голос Сантаны. – Или у меня начнется приступ гипогликемии. Кто-нибудь может пойти со мной в штаб-квартиру, чтобы выяснить, как решить эту проблему? У них же должна быть какой-нибудь запас еды и кухня?

Другие участники проекта закивали с разной степенью энергичности и двинулись в сторону выложенной камнем дорожки. При этом все почти неосознанно разделились на пары – в том составе, в каком они прибыли на остров изначально. В итоге я оказалась позади всех остальных и к тому же в одиночестве. Это было… даже не знаю – наверное, символично. Была ли я теперь одинокой женщиной? Можно ли было сказать, что мы с Нико только что расстались? Мне вдруг стало интересно, что он сейчас делает, опрашивают ли его теперь под камерой на борту «Шустрого» и изливает ли он в объектив свое возмущение по поводу случившегося. Или, может быть, он в это самое время сидит в каюте, обхватив голову руками, и, находясь в таком же шоке, как и я, пытается понять, почему же все произошло так быстро. Он провел больше времени на борту лайнера, выполнявшего рейс из Британии в Индонезию, чем на Острове вечного счастья. Если бы он сел в самолет завтра, пятнадцатого числа, то к понедельнику мог бы уже снова приступить к работе как бариста. Тогда все случившееся могло бы показаться ему сном – вот только меня после его пробуждения нигде бы не было.

Идя следом за остальными по тропинке, я кое-что осознала. Если завтра должно было наступить пятнадцатое февраля, то, значит, сегодня был День святого Валентина. До сих пор никто ни разу не упомянул об этом празднике, возможно, потому, что мы были дезориентированы из-за очень долгого перелета и разницы во времени.

Но, так или иначе, сегодня было четырнадцатое февраля – и очередная годовщина того самого дня, когда между мной и Нико что-то возникло во время костюмированной «вечеринки ужасов», которую устроил в День святого Валентина мой приятель. Если наши отношения только что закончились прямо перед камерами, хотя я все еще не была уверена, что это в самом деле так, то, возможно, все довольно странно совпало – то, что у нас все началось с шоу ужасов и им же закончилось. Потому что ведь, как ни крути, проект на острове оказался именно шоу ужасов, поскольку то, что произошло, и близко не имело ничего общего с нашими с Нико планами. И вот теперь я была одинокой женщиной, оказавшейся в океане, на крохотном островке, за тысячи миль от дома и к тому же гадающей, чего ради я позволила втянуть себя в эту историю. Что ж, это, похоже, должно было выясниться очень скоро.