Книга Одна идеальная пара, страница 193 – Рут Уэйр

— Ладно, тогда послушай. Ты прекрасно понимаешь, что знаешь про все это больше, чем кто бы то ни было из нас. Если есть что-то такое, в чем мы, я или Санта, можем тебе помочь, только скажи. Но я думаю, что этот вопрос решать тебе. Ты – наш наилучший шанс.

— Боже, – поежилась Энджела. Я хотела сделать ей комплимент и тем самым подбодрить ее, поднять ей настроение, но она явно восприняла мои слова совершенно иначе. Лицо ее помрачнело. По-моему, я едва ли не за все время пребывания на острове видела на нем такое озабоченное выражение, как в этот момент. – Как это ужасно.

В эту ночь мы все расположились на ночлег в «Лесном убежище». Зана улеглась на матрасе, который в свое время притащил Джоэл, Сантану устроили на кровати. Днем у нее поднялась температура, и к ночи она начала бредить. Мы с Заной встревоженно вслушивались в ее прерывистое дыхание и голос, бормочущий какие-то слова, которые нам не всегда удавалось разобрать.

Не было только Энджелы. Весь день она провела в поселке для технических сотрудников, роясь во всяком хламе, которого было полно в хижинах и в развалинах установки для опреснения воды, в поисках того, что ей могло потребоваться для починки аккумулятора. И после ужина она опять отправилась туда, чтобы провести там остаток светового дня.

— Я не сиделка, – тихонько сказала она мне, бросив взгляд на горящее лицо и воспаленные, заплывшие глаза Сантаны. – Но этим я заняться могу.

Вернулась она, когда уже наступила полная темнота. От ее одежды пахло какими-то химикатами. По ее опущенным плечам я поняла, что ей не удалось найти то, что она искала. Когда я увидела, как она, пытаясь открыть дверь, неловко возится с ручкой, я встала и впустила ее, поднеся палец к губам, тем самым давая понять, что Сантана спит. Однако я сама же нарушила тишину, увидев на руках Энджелы ожоги.

— Черт, Энджела, что произошло?

Она, пожав плечами, ответила:

— Кислота оказалась все еще химически активной.

— Ты что, вскрыла аккумулятор?

— Я пыталась. Без инструментов это трудно. Мне придется еще раз попробовать это сделать при дневном свете.

В другом конце комнаты Сантана беспокойно заворочалась во сне и что-то, не просыпаясь, воскликнула. Мы обе улыбнулись. Когда она успокоилась и затихла, Энджела шепотом поинтересовалась:

— Ей не лучше?

Зана покачала головой.

— Мы пытались дать ей ибупрофен, но ее вырвало, и таблетки не попали в ее организм. Она очень горячая.

Энджела выругалась по-французски. Слов я не поняла, но, хотя они прозвучали на незнакомом мне языке, чувствовалось, что выражения были очень грязные. Затем Энджела рухнула на свой матрас и обхватила руками голову.

— Черт возьми, неужели это никогда не кончится? Мы что, никогда не получим даже маленькую передышку?

Я сглотнула, ощутив резкую боль в горле. Мне очень хотелось сказать, что все будет хорошо. Но мы все знали, что это было бы ложью.

Вместо этого я молча посмотрела на Энджелу. Она медленно опустила голову на подушку и закрыла глаза. Вид у нее был совершенно измученный. Когда всего через несколько минут она стала тихонько похрапывать, это стало подтверждением того, что у нее действительно практически не осталось сил.

Я по идее должна была чувствовать себя не менее, если даже не еще более измотанной. Из всех нас Энджела была единственной, кто спал прошлой ночью. Я же тем временем боролась за жизнь – сначала меня едва не задушили, потом я чуть не утонула. Но заснуть мне почему-то никак не удавалось. Я лежала, прислушиваясь к тихому храпу Энджелы и частому, лихорадочному дыханию Сантаны, и вдруг поняла – из нас четверых кроме меня только Зана казалась спокойной и внимательно наблюдающей за всем происходящим. Приподнявшись на локте и взглянув на нее, я увидела, что она лежит на боку, свернувшись в комочек, и смотрит в темноту. Мне удалось заметить, как одинокая слезинка скатилась по ее лицу и упала на матрас.