Книга Одна идеальная пара, страница 118 – Рут Уэйр

— Я в порядке, – подтвердила она свое согласие с Конором. Но вид ее говорил совсем о другом. Лицо было смертельно бледным. Я повернулась и посмотрела на Сантану, стараясь дать ей понять, что встревожена. Но Сантана хмурилась, глядя на свой монитор уровня сахара и регулируя что-то на дисплее.

— Дэн! – окликнула я ее приятеля, но тот лишь пожал плечами.

— Ничего я не знаю, совсем запутался. Ты идешь или нет?

Я почувствовала, как меня охватывает беспомощность. Ну что я могла сделать? Если Зана не хотела показывать свои страхи в присутствии Конора, как я могла заставить ее это сделать?

— Ладно, – сказала я. – Тогда всем спокойной ночи.

И, повернувшись, пошла в темноту за Дэном и Сантаной.

* * *

Прошло уже больше недели с тех пор, когда кто-нибудь из нас принимал душ, или умывал лицо свежей пресной водой, или пил вволю, столько, сколько было нужно, чтобы избавиться от жажды. Скажу честно – сейчас я отдала бы свою почку за банку холодной кока-колы с плавающими в ней кусочками льда или за большой кувшин свежего лимонада с капельками холодного конденсата на стенках. Ночью я лежу и мечтаю о воде. Во сне я пью ее огромными глотками, а она стекает по моему лицу.

Не я одна страдаю. Мне понятно, что другим приходится так же тяжело, может быть, даже еще тяжелее, особенно мужчинам, у которых больше масса тела и которые, наверное, должны были бы получать больше воды, хотя мы договорились делить ее поровну. Я пыталась убедить Конора брать себе хотя бы мою часть фруктов, но он не согласился. Мы помогаем друг другу оставаться сильными. Поразительно, сколько всего можно выдержать, когда рядом есть человек, который говорит, что верит в вас, в то, что вы все сможете, все преодолеете.

Если я и в самом деле смогу пройти через все это… Господи… если нас спасут, клянусь, я никогда больше не буду относиться к воде как к чему-то само собой разумеющемуся.

— Putain! Elle est ou, la bouffe?

Это сказала, а точнее, проверещала по-французски Энджела, стоя посередине площадки под навесом. Она сделала это так громко, что птицы, сидевшие на деревьях по краям поляны, возмущенно защебетали, взлетели с веток и, сделав по паре кругов, снова расселись на прежние места.

Я вздохнула, потерла заспанные глаза и поднялась по ступенькам.

— Я не говорю по-французски, Энджела.

— Еда! Чертова еда! – прокричала она прямо мне в лицо. – Где она? И вода тоже.

Я, моргая, огляделась вокруг. Солнце только что взошло и тени были еще длинными, это несколько сбивало с толку, но все же я сразу поняла, что Энджела права. Большая груда коробок и бутылок куда-то исчезла. Там, где она была, были видны только следы ног.

— Так, давай не будем паниковать, – сказала я, изо всех сил стараясь успокоиться. – Должно быть какое-то объяснение. Вчера, кода мы пошли спать, все было на месте.

Позади меня поднялся по ступенькам Джоэл, зевая и потягиваясь. Я обернулась к нему.

— Джоэл? Ты что-нибудь об этом знаешь?

— О чем?

— О долбаной еде и воде! – взвизгнула Энджела. – Они пропали! Да проснись же уже наконец. Вот же дерьмо, меня на этом чертовом острове окружают одни сраные идиоты.

— Сейчас эти сраные идиоты находятся прямо здесь, рядом с тобой, Энджела, – сказала я несколько раздраженно. Моя вчерашняя головная боль не прошла, и я несколько предыдущих часов провела в нетерпеливом ожидании чашки прохладной воды. Во рту у меня пересохло, в голове при каждом пронзительном вопле Энджелы начиналась пульсация. Более того, меня мучило тянущее ощущение вод ложечкой. Куда исчезли наши продукты? Может, кто-то их куда-то перенес? Но если так, то зачем?