Книга Каменные цветы, страница 48 – Влада Ольховская

Это Эдуарду не нравилось, но еще ничего толком не значило, нужно было все проверить. А вот Романов, привычно скользивший за ним незаметной тенью, ничего проверять не собирался. Он вполне уверенно направился в сторону перекрытого здания.

— Да погоди ты! — возмутился Эдуард. — Слышишь, пожарные уже едут?

Сирены приближающихся машин и правда звучали совсем близко, однако Романов не был бы собой, если бы поставил здравый смысл выше собственного упрямства. Он даже не обернулся, и никто не пытался его удержать — в компании его многие побаивались, отрицать это было нельзя.

— Да чтоб тебя, засранец, — процедил сквозь сжатые зубы Эдуард.

Ему не следовало потакать этому. Нужно было приказать охране задержать Романова — и уж точно не идти с ним. Потому что сорокалетнему мужику такие выходки непростительны! А тому, кто ему в отцы годится, — тем более.

Но, даже понимая это, Эдуард все равно обнаружил себя идущим рядом с ним в полное дыма и воя сирен здание.

Они направились сразу же на этаж дизайнеров. Пытаться спасти коллекцию было поздно — да и глупо, если это действительно дешевая копия. Эдуард надеялся, что быстрая проверка успокоит Романова, покажет, что эта девица сбежала вместе с остальными и поводов для беспокойства нет. Тогда они смогут быстро уйти отсюда, и так уже дымом надышались!

Вот только поводы для беспокойства были.

— Какого хрена?.. — поразился Эдуард и тут же закашлялся, поперхнувшись горячим воздухом.

Дверь в общий кабинет дизайнеров была не просто закрыта, она была подперта каким-то металлическим ломом. А огонь пылал уже совсем близко — и он никак не мог так быстро добраться сюда снизу, где изначально заметили пожар.

Значит, никакой это не пожар. Это поджог — сразу в двух местах. Но такой вариант, возмутительный и преступный, все равно был более логичным, чем случайное возгорание в великолепно отремонтированном здании.

Из-за воя пожарной сигнализации невозможно было ничего разобрать, однако даже Эдуард уже не сомневался, что в кабинете кто-то есть. Иначе какой смысл подпирать дверь? Романов же и вовсе не собирался обдумывать ситуацию — хотя следовало бы. Он без сомнений рванулся вперед, в клубы черного дыма, к близким всполохам огня. Эдуард попытался его задержать, однако бывший воспитанник оттолкнул его руку.

Романов и дальше действовал с той же решительностью, больше подходящей роботу, чем человеку. Он перехватил железный кол и откинул в сторону. Выглядело это легко, однако Эдуард даже сквозь дым успел заметить, что на раскаленном металле остались кусочки кожи и кровь — за скорость пришлось заплатить опасным ожогом.

Но оно того стоило, потому что из распахнувшейся двери тут же вырвалась Егорова, живая, кажется, даже здоровая — хотя и покрытая сажей. Она попыталась что-то сказать, но не смогла, да никто и не ждал от нее объяснений.

— Уходим! — крикнул Эдуард. — Быстрее, пока тут потолок не рухнул!

Егорова растерялась, не зная, куда бежать. Ее сложно было обвинять: похоже, она надышалась дымом, у нее слезились глаза. Романов не стал ждать, пока она придет в себя, просто подхватил ее на руки, легко, будто не он только что с кожей распрощался. Эдуарду оставалось лишь вести их к пожарной лестнице — которой ему никогда раньше не доводилось пользоваться. Пламя ревело все ближе, звук искажался, и казалось, что это конец… Пока они не вырвались из раскаленных коридоров в прохладу весенней ночи.