Онлайн книга «Утро морей»
|
— Потому что не хочу подсаживаться на эту наркоту! — Это не наркота, уже двадцать раз доказано! — закатила глаза Даша. — Подсаживаться она не хочет… А жить нормально ты хочешь? Ника собиралась ответить очередной колкостью — и не смогла. Поняла, что любые самоуверенные слова сейчас будут ложью. Она только что раздумывала о том, а не сигануть ли с крыши. Это был не основной вариант — и все же вариант! Неужели замгарин и правда хуже, чем прыжок с крыши? Даша, не ожидавшая почувствовать слабину, свой шанс не упустила, она быстро затараторила: — У замгарина нет ни одного побочного эффекта, это доказано! Я вот принимаю его уже две недели — и что? Давай, скажи, что я изменилась, и я сразу от тебя отстану! — Нет, — вынуждена была признать Ника. — Ты совсем не изменилась. — Вот видишь! Но я-то перемены чувствую! У меня больше сил, мне легче работать, бессонница пропала. Раньше я просыпалась с мыслью «Блин, опять одно и то же…». А теперь мне радостно вставать по утрам! Опять одно и то же… Это было знакомо. Одна и та же работа, вроде хорошая, но давно уже прижавшая Нику к стеклянному потолку. Одни и те же встречи с подругами по выходным и праздникам. Одно и то же одиночество дома, где кровать на двоих — и больше ничего для двоих нет. И на фоне всего этого поднимает морду тревога, у которой нет причин и нет границ. Даша перехватила руку сестры и вложила в нее коробочку. — Хватит противиться прогрессу, — авторитетно заявила она. — Мир меняется, так или иначе, так бери у него лучшее! В коробочке лежал блок с десятью таблетками. Полупрозрачные, словно из янтаря отлитые, на золотистой фольге… Сияющая на солнце карамель, петушки на палочках, манящие детей. Действительно, что может пойти не так? Все ведь этим пользуются! — Ладно, — тяжело вздохнула Ника. — Может, и стоит попробовать… * * * Пробуждение было привычно неприятным, из тех, при которых хочется разбить голову о ближайший камень и покинуть уже этот не слишком прекрасный мир. Но камней поблизости не было, да и шевелиться не хотелось. Вылезать из кокона грязных простыней — тоже, потому что дневной свет нещадно резал глаза и усиливал головную боль. В такие моменты, как показывал опыт, лучше всего затаиться, дать себе где-то с полчаса на размышления о том, что же делать: ползти к бару за бутылкой, чтобы снова спастись от всего, или начать трезветь. Макс предпочитал делать такой выбор сам, однако на сей раз все решили за него. В его кокон, сотканный в равных долях из мятого хлопка и страдания, ворвались оглушительные трели дверного звонка. Макс зажмурился и выглянул из убежища постели, только чтобы гаркнуть: — Пошли все к черту! Решение было неверным: тошнота накатила волной, сжала горло, скрутила желудок. Макс настороженно замер, ожидая, что организм будет делать дальше. Организм сжалился: его все-таки не вырвало. Может, просто нечем было. А вот тот, кто стоял у двери, пощады не знал и продолжал трезвонить. Тут одно из двух: либо он залил-таки соседей, либо приперлась Эвелина. Лучше бы потоп… Проклиная все на свете, Макс выбрался из спасительного кокона. Тошнота и головная боль затаились: не атаковали, но и не отступали, держали крепко, намекая, что день будет мерзотный. Макс кое-как отыскал среди валяющихся на полу вещей джинсы и майку — на случай, если за дверью все-таки соседи. Решив, что теперь он уместился в рамки приличия, он добрался до двери и открыл. |