Книга Утро морей, страница 59 – Влада Ольховская

— Мне пока не удалось докопаться до того, как был изобретен именно замгарин, — признал Макс. — Но я выяснил, что в его основу легло средство, которое разработали еще в двадцатом веке для армии США.

— Да ты гонишь, — недоверчиво заметил Шурик. — Все ведь знают, что замгарин из Европы.

— Все знают? Да никто ничего не знает по-настоящему! Ты вспомни, чем армия США любит заниматься: припираться, куда не ждут, и начинать борьбу со всеми за свободу. Читай: реальные боевые действия! А не все их солдатики были к такому готовы, некоторые шли в армию, просто чтобы мир посмотреть. Вот и начинался цирк: по ним стреляют — а они рыдают и мамку зовут.

— Да не могло это быть массово, иначе все их боевые операции заканчивались бы быстро и одинаково!

— А это и не было массово. Но даже единичные случаи могли привести к грандиозной беде. Плюс, у тех, кто психикой покрепче, случался посттравматический синдром, уже после службы, и это тоже вело к проблемам, только на своей земле. Чтобы как-то укрепить содержимое их черепушек, нужно было средство, которое успокаивало бы психику, но при этом не лишало ясности мышления. Тогда и был разработан препарат. Вроде как в разговорах его называли «Стэди», а полное название у него было длинное и сложное.

— И все-таки это был развод на бабло, — заключил Шурик. — Что ты получил, только эти россказни?

— Да нет, копии документов тоже — накладные, договоры о закупках, отчеты полевых медиков…

— Тебе втюхали то, во что ты хотел поверить.

Макс и сам это понимал, но ему нужно было хоть что-то, основа, на которой можно построить теорию.

— Похоже на правду.

— Ладно, допустим, это правда. Допустим, такой препарат действительно был. Но где гарантия, что именно на его основе был создан замгарин?

— Вот для того, чтобы разобраться, как эти два препарата связаны, мне и нужны деньги.

Говорят ведь, что честность всегда вознаграждается, правда? Оказалось, не всегда. Шурик продолжал смотреть на него, как на полного дебила — без злости, скорее, с сочувствием.

— Я все еще считаю, что это развод, — сказал он. — Но даже если это все каким-то невероятным образом окажется правдой… Мне-то это зачем? Зачем мне копаться в истории замгарина? Меня устраивает результат.

— Что тебя устраивает, выпадающие волосы? А ты уверен, что на этом все и закончится? Как ты можешь это принимать, даже не зная, что там и для чего?

— Потому что я готов мелкими побочками платить за то, насколько лучше стала моя жизнь, — невозмутимо пояснил Шурик. — Да и весь мир тоже.

— Неслабо ты весь мир на свою жизнь подвязал!

— Скорее, наоборот: меня радует, какими стали люди. Мы с друзьями еще до замгарина, когда встречались, обсуждали, что в мире очень немногие живут осознанно, делают что-то важное, меняют все… А замгарин многих успокоил и научил направлять энергию в нужное русло. Оказалось, что исключительных людей очень много вокруг!

— Ты себя слышишь вообще? — поразился Макс. — Нельзя стать частью элиты, сидя в баре с пивасом и назначая себя элитой!

— Художник взревновал?

— Я не говорю, что ты картины должен писать, но хоть что-то делай!

— Забавно наблюдать за морализаторством человека, который пришел просить у меня денег.

— Я не на себя просить пришел, а на нечто важное, только ты это вряд ли поймешь! Мудаком был — мудаком и останешься.