Книга Городские легенды, страница 129 – Влада Ольховская

Родители Данила с удовольствием приняли эту версию – по которой их сын не был психом. Они долго извинялись перед ним и Риммой, хотя этих извинений никто от них не требовал.

Андрей был настроен куда скептичней, однако тут Римма была согласна с Данилом: старшему брату просто не нравилось, что от него ускользает право единолично распоряжаться семейным бизнесом. На Андрея не обращали внимания, а он потерял единственный рычаг давления.

Данил поправился, и хотя шрамы на руках должны были стать вечным напоминанием о том, что случилось под землей, он ни о чем не жалел. В эти дни он казался бодрым и оживленным, он с удовольствием вернулся к работе, он сделал предложение Римме и уговорил ее перебраться к нему. Согласиться ей было несложно: делать фотографии она могла где угодно, в Москве ее ничто не держало, а здесь ждала новая жизнь, словно поставленная на паузу четырнадцать лет назад.

Больше всего в этой истории досталось Вест. Она так и не вернула свой истинный возраст, она заплатила за проклятье потерянными годами жизни, но ничего не получила взамен. Это стало для нее серьезным ударом. Она кричала, выла, бросалась на врачей, и оставался лишь один выход: изолировать ее.

Римма понимала, что это, наверно, по-своему оправданная мера. Никто не заставлял Вест лезть в черную магию, она сама сделала свой выбор. Она без сомнений распоряжалась чужими жизнями, она навредила Данилу, убила родную бабушку и хотела убить сестру! Пожалуй, все это давало Римме полное право ненавидеть ее, однако ненависти не было. Там, где раньше теплилась любовь к сестре, осталась только бесконечная грусть.

Визит к ней должен был хоть что-то исправить, а стало только хуже. Вест вопила, визжала, плевалась в них, и даже у рослых санитаров ушло немало времени и сил, чтобы усмирить ее. Римма подозревала, что теперь ей в больнице будут совсем не рады.

Так что, да, ей было грустно. Однако Данил начал с самого утра суетиться, готовясь к чему-то, выбегал на лестницу, чтобы поговорить по телефону, и строжайше запрещал Римме подслушивать. Это почему-то напомнило ей подготовку к Новому году в детстве – когда ты еще веришь, что Дед Мороз существует и все возможно.

Поэтому теперь она терпеливо ждала, пока ее личный Дед Мороз сам даст ей ответы на незаданные вопросы.

Однако ограничиваться простыми словами Данил не собирался. Около двенадцати он попросил ее собраться и поехать с ним.

— Куда?

— Недалеко. И не наряжайся, так, за городом посидим!

Да уж, конечно… Он столько сил потратил на подготовку прогулки за городом! Но Римма только улыбнулась, она не хотела портить этот день спорами и указанием на его странности. Он ведь не преступник, который готовит себе алиби, зачем придираться? Искусство принимать подарки так же важно, как искусство делать их, иначе праздника не будет.

Он давно уже обзавелся новой машиной взамен разбитой на шоссе. Римме нравилось ездить в ней – но не за рулем. Управляла она по-прежнему только своим маленьким кроссовером, который после всех этих испытаний стал ей еще дороже.

Они проехали через весь город, но не пересекли его черту. Вместо этого Данил свернул к частному сектору и остановился возле одного из домов. У калитки их уже дожидалась женщина средних лет, приветливая и улыбчивая.