Книга Карантин, страница 25 – Влада Ольховская

Но они и сами, пожалуй, в глубине души догадывались, что это не навсегда и даже не надолго. История таких городов заканчивается, когда опасность пробирается сквозь стены. Это могут быть мутанты, пораженные вирусами машины, болезни… не важно. Главное, что приходится бросать гнездо, казавшееся таким защищенным, и двигаться в никуда, надеясь уже не на обретение счастья, а на саму возможность остаться в живых.

Лендар снова запустил запись, и стало видно, как в комнату вошла та самая девушка… Полина. Тогда она еще была Полиной, последние минуты – но все же. Марк видел, как медленно она двигалась, одной рукой опиралась о стену, другую прижимала к животу. Ей казалось, что болит там… Но при пробуждении паразита так и бывает. Существо захватывает мозг, мозг, в свою очередь, влияет на все тело, и у каждого последняя агония проявляется по-разному. Это тоже часть механизма выживания паразита, он убеждает, что проблема в чем угодно, только не в голове, он выигрывает себе время. Хотя это, конечно, перестраховка со стороны природы… Спасти человека можно разве что в первые часы после заражения личинкой, до того, как это существо закрепится внутри черепа. После этого жертве доступно лишь милосердие в виде быстрой смерти, не более.

Полина кое-как добралась до общего зала. Она сказала что-то, привлекая внимание, попыталась дойти до двух молодых женщин, сидящих неподалеку, но упала, забилась в конвульсиях.

— Почему она шла именно к Рите? – спросила Марта.

— Ритка была медсестрой, – угрюмо ответил Гаврилов. – Она всем помогала, если у кого что болит…

— Она уже на финальной стадии, – заметила Аделаида. – Боли явно начались не один час назад, до моего ухода. Почему она не обратилась ко мне?

— Так кто ж вам доверяет… Вам скажешь, что болит, а вы пристрелите просто на всякий случай!

Пристреливать их никто не собирался, на границе такое еще могли провернуть, на карантине смысла нет, просто поместили бы в изолированную палату. Но Полина об этом не знала, она искренне боялась, что ее казнят, если сочтут недостаточно здоровой.

Однако боль не проходила, она нарастала, и в какой-то момент девушка не смогла больше терпеть. Она еще не погибла, но Марк прекрасно знал: с момента падения у нее не было ни шанса восстановить контроль над собственным телом.

Рита об этом не подозревала. Она видела, как ее товарищи по несчастью проходили обследование, потому и не сомневалась: никаких паразитов в зоне карантина нет. Она искренне хотела помочь Полине, когда наклонилась над ней, и уж точно не ожидала, что девушка, всего секунду назад бившаяся в судорогах, бросится на нее диким зверем.

Полина подмяла ее под себя, прижала руки к вискам жертвы и принялась колотить Риту затылком о деревянный пол. Это и объясняло, почему лицо осталось невредимым, куда чаще прокаженные метят в горло. Жанна, стоявшая рядом в момент нападения, помочь не попыталась – она, должно быть, разглядела, как глаза Полины начали сдвигаться, уступая место паразиту. Она подняла крик и бросилась прочь, но Рита и не надеялась на нее, она боролась сама… Если бы под ее затылком оказался камень, она бы потеряла сознание сразу. Но дерево дало ей шанс, она сумела сбросить с себя прокаженную, кое-как поднялась на ноги, побежала прочь… Марк знал, чем это закончилось, а увидеть ему не довелось – в здании отключилось электричество, съемка прервалась.