Книга Продавец игрушек, страница 45 – Влада Ольховская

На помощь он тоже не надеялся, и вовсе не потому, что Мастеру Контроля не стали бы помогать. Просто он слышал, что рядом вспыхнули бои. Кричали люди, грохотали выстрелами роботы, выли твари – и смеялась Лира, а она никогда так не смеется от простого веселья, так она выражает кровожадную страсть охоты.

Это было не просто гнездовище одного существа из пустошей, они угодили в настоящий зверинец. Но как, почему? Ховакан со своей позиции мог разглядеть далеко не всех тварей, однако те, которых он видел, не водились в этих землях, совсем как кальмар. Все они были крупными, предельно опасными… и все оказались в подземном вокзале. Ховакан не мог избавиться от ощущения, что кто-то намеренно согнал их сюда, подготовил невозможную ловушку… Да нет, быть не может, никак!

Одно из щупалец рванулось к нему, а он, задумавшись, чуть не упустил это. Ховакану пришлось пожертвовать «Птицей», чтобы не лишиться головы. Взрыв полыхнул совсем близко, обдал жаром – и волной мутной зловонной крови существа. Вреда человеку она не причинила, просто напомнила, что замедляться нельзя.

Ховакан отступил к соседнему поезду – хоть что-то тут оставалось машиной! Кальмар, уже не единожды раненый, разъяренный, пополз за ним, отмахиваясь от дронов, как от насекомых. Они не имели значения, потому что в них он не чувствовал ни крови, ни жизни. Наполненные чернилами глаза, не моргая, следили только за Ховаканом.

А Ховакан следил за ними, спокойно и уверенно. Его «Птицам» в замкнутом пространстве приходилось трудно, но беспомощным Мастер не становился. Он теперь планировал сложные атаки: сначала рассекал защитные щупальца, потом только направлял машины на тушу существа, оставляя глубокие рваные раны. Щупальца быстро отрастали, а вот раны не затягивались, гнилостный запах в воздухе лишь нарастал. Очень скоро движения кальмара замедлились, но он был слишком глуп и слишком зол, чтобы отступить.

Ховакан решил воспользоваться этим. Он выбрался из вагона, служившего ему убежищем, прыгнул вперед. Кальмар наверняка решил, что добыча поддалась панике, животные так иногда делали, когда их гибель становилась неизбежной. Хищник распахнул круглую пасть, готовясь перехватить человека, и Ховакан тут же направил туда троицу разрывных дронов. После этого можно было свернуть за ржавую стену вагона.

И вовремя: секундой позже кальмара попросту не стало. Был он, а потом раздулся, изменил форму, полыхнул огнем изнутри – и разлетелся на бесчисленное множество ошметков, оседавших теперь повсюду. Бой был закончен…

Не только бой Ховакана, невольно принявшего на себя самого опасного хищника, все остальные тоже справились. Лира, покрытая кровью с ног до головы, продолжала ухмыляться, зачем-то вырывая у крупной, лишенной шкуры твари клыки. Один из операторов едва опознавался – что-то частично расплавило его так, будто он в кипятке много часов варился. Над ним стояли два других, раненых, но незначительно, шокированных тем, что случилось с их другом… А вокруг – трупы мутантов и больше никого.

— Где еще двое? – спросил Ховакан.

Он не кричал, говорил как обычно, и все равно в звенящей тишине, пронизанной смертью, его голос прозвучал слишком громко. Выжившие операторы вздрогнули, как от удара. Лира недовольно поморщилась: