Книга Первая сказка на ночь, страница 127 – Влада Ольховская

— Не отвлекайся, — посоветовала Тесса.

— Это все по теме. Издевательства надо мной были не самым крупным ее недостатком. Она занималась той магией, которая даже в этом мире не приветствуется. Иногда заставляла меня делать вещи, о которых сейчас стыдно вспоминать. Однажды я вернулся домой и обнаружил, что она сперла где-то двух крестьянский детей, мелких и сопливых, как и все крестьянские дети.

— Дети-то ей зачем?

— Если опускать все магические тонкости, которыми она меня загрузила, она собиралась просто их сожрать. Сначала, конечно изжарить, причем, по-моему, с грибами и чесноком… Меня она тоже хотела накормить человечинкой. Вот тогда я и взбунтовался, потребовал, чтобы она отпустила эту мелочь. Она, конечно же, не пожелала добровольно расставаться со своим уловом. Началась потасовка, мы использовали магию… Я зашел слишком далеко. Это был первый и, вроде бы, последний раз, когда я кого-то убил, и произошло это случайно.

Он уже не лежал, а сидел, сгорбившись, на краю кровати. Тесса отошла от окна, тоже села на кровать, но на расстоянии вытянутой руки от него. Горе, кажется, не заметил.

— Конечно, сбежавшие детки поведали своей родне эту историю в несколько другом свете. Как два злых колдуна подрались за добычу, как злой Горе ведьму убил, а деток не съел, потому что не догнал. Не догнал! Да при желании я мог обглодать их с такой скоростью, что их скелетики по инерции добежали бы до деревни!

— Не говори глупости, граничащие с гадостями.

Девушка придвинулась ближе, положила руку ему на плечо. Горе все еще не реагировал.

— Мне в тот момент было не до детей и их бредятины. Я жалел о том, что сделал… Да, во многом она была не права, но она спасла мне жизнь, сделала тем, кто я есть сейчас. Видела черные цветы? Я подарил их ей. Создал прямо тогда, так сказать, под влиянием момента… Это было как наваждение. Потом я улетел из тех земель навсегда, начал путешествовать, творить пакости по всему миру, с учетом национальных особенностей… Пару лет я наслаждался, а потом надоело. Эйфория прошла, сила уже стала чем-то естественным, не достойным моего внимания. Я начал хандрить.

— От того, что привык к силе?

— От одиночества, — пояснил Горе. — Страшная штука, если принимать в больших дозах… Я вдруг понял, что можно быть очень могущественным, но если тебя ненавидят все, это все равно неприятно. Думаешь, я исправился? Черта с два! Начал отвлекаться от своих проблем другими способами, среди которых основными стали выпивка и девки… Заметь, силой никого не брал! Сами прибегали, некоторые просто без слов падали и задирали юбки.

— И ты соглашался? В смысле, пользовался этим?

— Если был достаточно пьян. Так и я попал в бутылку…

— То есть, целил в девку, а попал в бутылку?

— Не смешно, — заметил он, хотя сам фыркнул. — Загулял я с дочкой одного купца… А купец грамотный был, магическими товарами промышлял. Ну, застукал он меня с дочуркой на сеновале, но ругаться не стал, а стал задирать. Мол, моя сила преувеличена, все это россказни… А пьяному море по колено, вот я и решил доказать ему, что все могу. Он притащил из своих запасов бутылку и сказал, что я туда не влезу. Это один из самых простых и древних разводов… Даже мартышка догадалась бы, что ее дурят! Но только не Горе, нет… Что я сделал? Правильно, протиснулся в эту чертову бутылку, а купец быстренько крышку и закрыл. Я только посмеялся, знал, что против моих сил ни одна печать не устоит. Но заклинание было сложное, и я завалился спать. Решил заняться этим, когда протрезвею. Купец времени не терял, пошел к знакомому стеклодуву и вроде как запаял бутылку. Освободиться я уже не мог.