Книга Бесконечная дорога, страница 71 – Влада Ольховская

Это было всего лишь предосторожностью, он знал, что пустынный лев, скорее всего, не явится до заката. Судя по останкам коз, которые осмотрел Солл, это был очень крупный зверь, а значит, не молодой. Обычно такие львы живут с львицами, но у этого львиц не было. Скорее всего, он уже стар, возможно, болен или ранен. Его семья прогнала его, он больше не может охотиться в пустыне, где хищник и жертва нередко меняются местами. Другое дело — козы, которые стадами пасутся в холмах, для пустынного льва это легкая добыча.

Он уже серьезно навредил крестьянской семье. Бало считал, что это дело все равно не достойно королевского мага, и по протоколу он был прав. Но Солл прекрасно знал, что пустынный лев мог в любой момент пробраться в дом к людям. Он хотел устранить угрозу до того, как это случится.

Ему нравилась эта семья. Фермер и его жена решились поселиться здесь, в пустынных землях, потому что знали: в деревне заработать гораздо сложнее. А тут они одни на многие дни пути продавали купцам продовольствие и давали кров. Солл знал, что они копили золото на лучшее будущее для своих сыновей, и это восхищало его.

Ну а младшие мальчишки и вовсе напоминали ему его и Бало в детстве. По крайней мере, такими их хотел помнить Солл. Он знал, что на самом деле у них все было не так мирно и радостно, но… Это ведь его память, правильно? Поэтому он выбирает, что помнить, а что — нет.

Солл провел на этом холме весь день. Покончив с обедом, он почти не двигался. Он стал такой привычной частью этих полей, что даже фермерские козы, сперва робкие, запуганные, начали подходить ближе и щипать редкую блеклую траву у самых его ног. Ему было несложно оставаться неподвижным, он умел охотиться.

«Сколько лет мне было, когда ты впервые потащил меня на охоту? — подумал он, мысленно обращаясь к Бало. — Кажется, десять лет. Рано, слишком рано».

Деревенских детей тоже брали на охоту примерно в этом возрасте. Но для них все было по-другому. Они страшно гордились тем, что их наконец-то приравняли к взрослым, признали равными, пусть и ненадолго. А Солл всю ночь проплакал, вспоминая олененка, которого его заставили убить. Правда, Бало об этом так и не узнал — но он-то помнил!

Тогда это казалось страшным горем, теперь уже нет. Теперь он знал, что такое настоящее горе.

Лев появился, когда мир стал красным от заката. Это был огромный зверь — крупнее, чем ожидал Солл, раза в четыре больше, чем сам маг. Хищник чуть заметно прихрамывал, и это объясняло, почему семья покинула его. Но что важно в пустыне, то ничего не меняет для людей. Глядя на него, Солл убедился, что не зря поторопился прийти сюда. Еще пара ночей, и этот гигант сожрал бы всех коз, а на третью ночь он пришел бы за людьми.

Путники в этих местах бывают так редко, что даже жалкие кровавые останки, брошенные львом, обнаружили бы не сразу.

Это никого не огорчило бы в форте, потому что ферма не имела такого уж большого стратегического значения. Но Солл не смог бы себя простить.

Лев собирался броситься на коз, но маг отвлек его — без колдовства, просто свистнул. Резкий громкий звук заставил коз насторожиться и броситься прочь с полей, обратно к дому. Лев не двинулся с места, но голову поднял, стараясь найти взглядом того, кто помешал ему.