Книга Бесконечная дорога, страница 229 – Влада Ольховская

Ну конечно, вот и подвох. Лион ненадолго отвлекся от него, сосредоточившись на окружающем мире, ему нужно было знать, как обстоят дела у остальных.

А дела у них обстояли плохо.

Анэко Миори, похоже, умерла, но в этом не было большой беды. За время путешествия Лион изучил способности каждого из своих спутников, он знал, что после смерти тело Анэко способно полностью восстанавливаться. Зверолюды редко могли похвастаться таким даром, но от создания Орсории, одной из самых талантливых колдуний нынешних времен, не стоило ожидать меньшего. Анэко могла сколько угодно ненавидеть Орсорию и шипеть при любом упоминании этого имени, колдунья все равно благословила ее.

Но сейчас Анэко только-только восстанавливалась после смерти, она была слаба и уязвима. Рядом с ней находился Солл Аншах, который потратил не так много энергии и мог бы стать достойным союзником, если бы решился на это. Однако Лион чувствовал, что мага переполняет неуверенность, ослабляющая, лишающая сил. В таком состоянии Солл мог разве что защитить себя и Анэко, да и то не от каждой атаки. Он был бесполезен в бою, он не решился бы идти против своих недавних приятелей.

У Каридана дела обстояли немногим лучше: он не был мертв или пойман, но он был изранен. Похоже, маги знали, какой силой он обладает, и сделали все, чтобы ослабить его. Убить не смогли, и все же Черному Вестнику лучше было держаться от них подальше. Ему помогала Марана, и она пока справлялась с битвой лучше всех. Но Лион прекрасно знал, что ей не хватает знаний и опыта, маги не нападали на нее лишь потому, что не представляли, на что она способна, они-то готовились к битве с Эсме!

Словом, Антара оказалась права. Все эти магические формы жизни покинули Ариору, чтобы помочь ей — и все они оказались ее слабым местом.

Сама Антара была сильна и не ранена, и это чуть успокаивало Лиона. Но он чувствовал, что королевские маги пока держатся на расстоянии от нее, и это определенно было частью их плана. Он хотел отправиться к ней, не оставлять ее, помочь, однако он помнил о своем обещании. Он должен был защитить остальных, чтобы она могла на время позабыть о них.

— Что на весах? — спросил Лион.

— На одной чаше — моя жизнь, — невозмутимо ответил Осоко. — Если вы направите против меня всю свою энергию, вы уничтожите жалкого старика, господин Итерниал, в этом сомнений нет. Но мое последнее заклинание уже обретает силу, скоро этот город превратится в руины. Поэтому на другой чаше весов — жизни ваших друзей. Вы не можете убить меня и одновременно спасти их, нужно выбрать что-то одно.

Вот оно — не совсем ловушка, но все же подвох. Лион чувствовал, что маг прав: Осоко мог сколько угодно называть себя жалким стариком, его сила была так велика, что позавидовали бы и многие молодые. Чтобы убить его, Лиону нужно было сосредоточить на этом всю свою волю, а заклинание в это время могло убить его спутников. Если же он хотел спасти их, то делать это необходимо было прямо сейчас — давая Осоко шанс на побег.

Он прекрасно видел, что маг не лжет ему. Пламя, поглощавшее город, усиливалось, а земля уже не просто дрожала, она разваливалась, образуя бездонные трещины. Анэко, Солл, Каридан и Марана — все они были пойманы на пылающих улицах, в самом центре лабиринта, они не могли выбраться.