Книга Близкая Земля, страница 77 – Влада Ольховская

Триан не позволил ей заиграться. На этот раз, когда он обратился к ней, его голос звучал намного жестче: «Альда, возвращайся немедленно. Твои силы на исходе».

Она поспешно подчинилась, она слишком хорошо знала легионера. Вернувшись в свое тело, она убедилась, насколько он был прав. Это в мире чужого сознания для нее не существовало ни усталости, ни даже времени.

Здесь же, в объективной реальности, Альда обнаружила, что ее тело покрывает тонкая пленка пота, легкие горят от напряжения и она никак не может отдышаться, а из носа уже скользнули первые струйки крови. Она еще не успела толком прийти в себя, когда в зал поспешно вернулась команда – видно, Триан успел их предупредить.

Киган тут же хищно уставился на итальтика и явно готовился пнуть заложника, но Альда его остановила:

— Не нужно. Он ничего не сделал намеренно, это я… Я забыла о разнице между сознаниями. Зато дошла до базовых знаний, не зря хоть старалась!

— До подсознания, что ли? – удивилась Римильда.

— Ну да…

— Ты не должна была… Ты что, не читала отчет по Итойе? Наш отдел телепатии признал невозможным проникновение в глубинное сознание итальтика!

Об этом Альда тоже вспомнила, но поздновато. Впрочем, то, что ей удалось проникнуть так глубоко, ее по-настоящему не поразило. Не зря ведь итальтика не пускали на свою планету сильнейших телепатов! Вернон наверняка без труда вскрыл сознание целой толпы… За что и был навеки выставлен за пределы Кольца.

Игнорируя боль в мышцах, Альда попыталась встать, но почти сразу пошатнулась – голова еще кружилась. Упасть телепатке все равно не дали: Триан, полностью игнорируя остальных, поднял ее на руки и перенес на сложенные у стены плиты, предназначавшиеся для реконструкции тоннеля. Отходить легионер уже не собирался, и от этого было спокойней. Альде требовалось время, чтобы вернуть контроль над собственным разумом: перед глазами мелькали то ее воспоминания, то причудливые сияющие образы из мыслей итальтика.

— Есть результат, Мазарин? – спросила Лукия, подходя ближе.

— Есть, но он вам не понравится, капитан…

— Суть наших миссий не в том, чтобы доставлять мне удовольствие, Мазарин. Что вы узнали?

— Первое и главное: ему абсолютно ничего не известно о Рукумате. В этом восстании у каждого исполнителя своя роль – и ему дозволено узнать лишь то, что связано с этой ролью. Хапикерн-Тохил не должен был взаимодействовать с Кольцом, поэтому информацию о Кольце ему и не дали.

— Разумно, – заметил Киган. – Чтобы никто из захваченных исполнителей не посыпался, даже если захочет.

— Эту новость вы сочли плохой? – уточнила капитан.

— Э, нет, это еще вступление… Плохая новость будет дальше… Но есть и относительно хорошая, насколько это вообще возможно. Тут нужно понимать, что сфера ответственности Хапикерн-Тохила – это как раз заложники. А поскольку он офицер, он знает не только свои инструкции, но и общее положение по городу.

— Давай хорошую новость! – потребовала Римильда. – Иначе как-то все совсем мрачно.

— Ну, хорошая она очень относительно… Просто не такая плохая, как остальные, – признала Альда. – Восстание действительно началось намного раньше запланированного, и это внесло свои коррективы. Изначально итальтика хотели согнать всех пленных людей в единый лагерь. Но из-за того, что все началось раньше срока, лагерь оказался совсем не готов, и заложников решили распределить в шести основных точках по городу. Одну мы, можно считать, зачистили.