Книга Контроль над Эребом, страница 161 – Влада Ольховская

— А кто отвечает за защиту? – поинтересовался судья, пытаясь найти в расположенном перед ним компьютере нужный протокол.

Лукия все так же невозмутимо поднялась с места.

— Я, достопочтенный судья. Это было заявлено.

— Протестую! – тут же встрял обвинитель. – Заинтересованное лицо!

— Да нет, можно, – указал Бонесс. – Капитан всегда становится первой кандидатурой на роль защитника. А насчет заинтересованности… Насколько мне известно, капитан Лукия сама сообщила об изменении способностей Альды Мазарин, позже она отказалась лично участвовать в поисках после крушения «Махаллара». У меня нет оснований подозревать симпатию у такого высокопоставленного капитана!

А вот у Альды основания как раз были. Она не могла это объяснить, но появилось чувство, что все наконец-то идет правильно. Лукия сдерживалась прежде, зная, что Альде помогут другие. Она ждала своего часа, когда все будет зависеть только от нее.

Телепатка видела, что остальные члены команды удивлены – все, кроме Триана, который если и удивился, то никогда бы этого не показал. Их Лукия ни о чем не предупреждала, и означать это могло что угодно.

Суд начался с того, чем закончилось заседание комиссии: обсуждения наследственности Альды. Но если раньше ссылались на некую безымянную преступницу, то теперь на экране появилось фото Делии Этерион и рассказ о ее подвиге на «Метиде». Источник получения этих данных удалось засекретить, поэтому никому из участников тех событий не пришлось давать показания.

Альда толком не слушала, что там болтали про Делию, знала, что это сентиментальная ложь, очень удобная в нынешней ситуации. Все ее внимание было сосредоточено на портрете женщины, навсегда сгинувшей в атмосфере Темпеста. Альда искала сходство, сама не зная, зачем. Глаза, конечно… А кроме глаз, пожалуй, ничего… Или ей просто так показалось – в подсознательном желании не любить человека, которого уже не вернуть.

Обвинитель слушал историю с таким видом, будто ему только что скормили три ведра помета сейкау.

— Да, я признаю, что эта женщина совершила подвиг, когда способствовала эвакуации персонала, – заявил он. – И похвально, что в последние минуты присяга оказалась для нее важнее, чем болезнь. Но ведь болезнь все равно была, этого мы не можем отрицать! Это подтвердила и доктор Кезия Фила, наблюдавшая за Делией Этерион в последние годы. Ее диагноз не подлежит сомнению.

— А никто и не ставит его под сомнение, – напомнила Лукия. – Но неверно было бы приписывать Альде Мазарин диагноз ее матери. Я хотела бы обратиться к Римильде Фревилл, которая несколько миссий выполняла роль хилера команды и имела возможность лично наблюдать за Мазарин в полевых условиях. Фревилл, вы считаете, что угроза развития такого же заболевания высока?

— Менее процента, – отозвалась Римильда.

— Это вывод, основанный на симпатии! – указал обвинитель.

— Это вывод, основанный на том, что я – номер 2 среди хилеров.

— Почему же вы молчали на комиссии?

— Потому что меня никто не спрашивал. Да и потом, у меня было время тщательно изучить этот вопрос. Болезнь Делии Этерион была врожденной – это патология развития головного мозга, непосредственно связанная с ее уникальными телекинетическими способностями. К тому возрасту, в котором сейчас находится Альда Мазарин, у ее матери уже проявились все признаки заболевания. Альда же не продемонстрировала ни одного, обследования она проходила регулярно, нет даже оснований подозревать, что с ее мозгом что-то не так. Более того, я взяла на себя инициативу связаться с предыдущим хилером «Северной короны», которая работала с Мазарин, когда та только-только окончила академию. Все мы знаем, что это нестабильный период, когда удержать контроль очень сложно. Так вот, Ноэль Толедо предоставила письменные показания, из которых ясно, что Альда Мазарин никогда не демонстрировала склонность к психопатии. Напротив, она активно вмешивалась, когда другие члены команды проявляли определенную, пусть и оправданную, жестокость. Послушайте… совершить преступление теоретически способен каждый. Убить, украсть, изнасиловать – по мере сил и душевных стремлений. Так что же, мы теперь будем судить авансом? На основании предположений?