Книга Территория Левиафана, страница 68 – Влада Ольховская

Значит, оставалась только она.

Связь с сознанием Триана теперь приносила ей боль, и куда проще было бы отпустить… А она не хотела. Эта боль сейчас придавала ей сил, заставляя забыть о том, что она может, что не может. Боль убирала наносное, и оставалось только главное: желание спасти его любой ценой.

Телекинез всегда был для Альды вторичной способностью, непонятной даже ей самой. Эта сила то пробуждалась, то засыпала, не возвращаясь даже тогда, когда Альде угрожала опасность. Но теперь уже знакомая энергия подчинилась ей – вся разом. Сила откликнулась на зов гнева и боли, и предела у нее просто не было.

Альда вытянула руки вперед, к воде, направляя энергию туда. Видимого проявления у телекинеза не было – никакого сияния или дрожи воздуха. Но был результат!

Первыми исчезли водоросли. Они приподнялись над водой – и рассыпались в прах, мутной пленкой осевший на волнах. Они, еще недавно образовывавшие монстра, способного убивать ящеров, теперь стали мусором.

Очистив путь, Альда разделила Триана и набросившихся на него червей. Это было непросто: длинные тела, от трех до пяти метров каждое, обвивали его со всех сторон, они просто давили массой, не давая ему ни двигаться, ни дышать. Если бы они каким-то чудом все вместе оказались на палубе, люди все равно не смогли бы растащить их. А вот телекинез был на такое способен: это чистая сила, у нее нет преград.

Пойманных червей Альда перенесла в сторону – и раздавила, как давят насекомых. Она никогда не получала от убийств удовольствия и старалась их избегать, слишком уж жутким было для телепатки ощущение смерти. Но здесь она не могла поступить иначе. Как будто не она управляла своей силой, а сила говорила ей, что нужно делать.

Когда черви превратились в единую безжизненную массу, Альда тут же потеряла к ним всякий интерес и отбросила подальше. Значение имел только Триан. Она осторожно перенесла его на корабль и опустила на палубу.

Он все еще был в сознании, но от этого, пожалуй, становилось только хуже. Он чувствовал боль от ожогов и ран, покрывавших его кожу – его едва можно было узнать! Но с этим он надеялся справиться, здоровье легионера многое допускало. Даже смерть, после которой можно вернуться.

Его гордость никуда не исчезла. Он пока не пришел в себя после потрясения, но уже старался подняться на ноги, всем своим видом показывая, что никакая помощь ему не нужна. Посодействовали – и ладно, однако у него и так все было под контролем!

У него даже получилось… почти. Ненадолго. Он сумел подняться, распрямить плечи, он даже не держался за борт корабля для опоры. Но сказать он так ничего и не сумел: по его телу прошла судорога, заметная даже со стороны. Он повалился на колени, и изо рта и носа легионера пролился поток чистой алой крови.

«Что-то не так, Альда…» – промелькнуло в его сознании. Последнее его послание ей – и первое, где он назвал ее по имени.

Больше он ничего сообщить не успел. Его сознание погрузилось во тьму, через которую не могла пробиться никакая телепатия.

* * *

У Ноэль были вполне четкие желания в нынешней ситуации: кому-то ей помогать хотелось, кому-то – совсем нет. Так, Оудену она помогла бы с удовольствием. На него же было жалко смотреть! Столько ожогов… Она не могла и представить, какую боль они должны были приносить!