Книга Золотое сияние Холинсу, страница 96 – Влада Ольховская

Они говорили и дальше, но Рале их уже не слушал. Починка корабля – это вотчина Кигана, от телекинетика тут уже ничего не зависело. Хотя зависело ли от него что-то вообще? Лукия вела себя так, будто не заметила его оплошность.

Но главное, заметил он сам – и обманывать себя уже не сможет. Рале не исключал, что, даже если он выберется с Глизе живым, ему придется навсегда покинуть «Северную корону».

* * *

Все покатилось в никуда так резко, так неожиданно, что Тувенег до сих пор не мог в это поверить. Так не должно было случиться!

Ему не обязательно было убивать девчонку. Точнее, изначально он и убивать-то ее не планировал… Она все равно была не слишком важна. Его решение избавиться от нее, чтобы постоянно не мелькала перед глазами, было скорее капризом, чем необходимостью. Разве мог он подумать, что все сложится именно так?

Рива не представляла серьезной опасности, но она раздражала его. Во-первых, в ней Тувенег видел воплощение ее родителей, о которых предпочел бы забыть. Во-вторых, Рива не проявляла должного смирения – она, оставшаяся без опеки родителей, должна была прятаться по углам, а не лезть во все дыры! В-третьих, с каждым сезоном она получала все большее влияние в сообществе людей, а вот Тувенег свое влияние, и без того скромное, терял. Ему почему-то казалось, что одно связано с другим. Как будто Рива забирала уважение, которое предназначалось ему! Ну и наконец, в-четвертых, она, становясь старше, все больше походила на свою сестру Юсту. А Юсту Тувенег ненавидел всем сердцем. Можно сказать, благодаря ей он и узнал, что такое ненависть!

Но добраться до Юсты он не мог, она находилась под надежной защитой сеншена. Поэтому он решил выплеснуть злость, накопленную на обеих сестер, на Риву. Он попросил ее себе – его давно уже возмущало то, что ее не отдали мужчине в должный срок. Все ведь понимали, что она стала женщиной, даже если скрывает это! Тувенег хотел победить ее хотя бы так, показать ей ее истинное место.

У него должно было получиться. Он прекрасно знал, что сеншена не волнуют дела людей. Поэтому когда Риву вдруг отдали кому-то другому, Тувенег сразу понял: без вмешательства Юсты здесь не обошлось. Вряд ли для нее была важна сестрица или тот охранник, которому она в итоге досталась. Тувенег не сомневался, что Юста хотела унизить его, и ненавидел ее еще больше.

Он был уверен, что проиграл, и готов был сдаться. Ему казалось, что и выбора-то нет, все уже решено! Но тут вмешалась Хасма.

Она была старшей из его жен – и самой умной. Собственно, поэтому Тувенег и оставлял ее при себе, ее тело давно уже перестало его привлекать. Но он отдавал должное ее поразительной хитрости.

Вот и сейчас Хасма сделала то, до чего он не додумался. Она оставила своих дочерей у общей хижины, куда Рива пошла со своим новым хозяином. И дочери заподозрили неладное: девчонка совсем не кричала! А должна была: или от страха, или от боли, или от всего сразу. Хасма не сомневалась, что Рива каким-то образом обманула охранника, и убедила в этом мужа. Она пообещала Тувенегу, что сама найдет нужные доказательства.

Он с готовностью согласился на ее замысел. Тогда он получил бы Риву, подставил городскую стражу, да еще, если повезет, указал бы сеншену на то, что это Юста допустила оплошность при выборе хозяина для своей сестры. Пока все складывалось удачно, Тувенег верил, что это его план.