Книга Сердце Арахны, страница 69 – Влада Ольховская

— Я все еще не понимаю, почему!

Он сочувствовал ей, однако Альду это лишь раздражало. Зачем сочувствовать ей, если в беде эти люди?!

— Боюсь, ты уже приготовилась спорить со мной, а я жуть как не люблю долгую болтовню, – признал Киган. – Давай я тебе лучше кое-что покажу.

Он протянул к ней руку. Перчатки Киган носил редко, утверждая, что ему так проще «чувствовать корабль». Теперь он чуть закатал рукав комбинезона и кивнул на собственную кожу. Там четко просматривалась линия загара, расчертившая запястье. На этой планете, под неярким солнцем Арахны, даже загар получался с рыжеватым оттенком.

— Ну и что? – удивилась Альда. – Ты уж извини, если я первая тебе об этом сообщу, но рыжие и на Земле быстро загорают! При чем тут все поселение?

— Ты тоже загорела. Перчатки ты носишь реже, чем я, и это все видно по лицу.

— Опять же, Киган, что с того?

— А то, что они, – Киган указал на спящее поселение, – не загорели вообще. За всю свою жизнь, проведенную на этой планете под этим солнцем. Делай выводы.

Тут не нужно было и спрашивать, что он имеет в виду. Все уже давно заметили, что жители поселения отличаются болезненной бледностью, светлыми волосами и схожими чертами. Однако Альда предполагала, что этому есть разумное объяснение: например, что они укрываются днем и выходят ночью.

Но все оказалось наоборот, ночи тут боялись, а днем люди работали, отправлялись в джунгли и к реке. Они были под солнцем – пока оно не уходило за горизонт. Они тут загоревшими до бронзы должны быть, на каменной пустоши мало тени!

Да, это всегда было на виду. Однако Альда и подумать не могла, что ей придется обращать внимание на чей-то загар.

— Я не понимаю, что это может значить…

— Я тоже не понимал, – кивнул Киган. – Не моя юрисдикция, говоря пафосно, с этим должны были разобраться другие.

— Ноэль?

— Да, и сегодня она уже говорила с капитаном. А еще, ты не поверишь, помог Стерлинг. И хотя слова «Стерлинг» и «помог» диковато смотрятся в одном предложении, иногда так бывает. Пойдем, капитан хочет поговорить со всеми нами.

— И ты молчал? – поразилась Альда.

— Я догадываюсь, что она скажет, и мне хотелось, чтобы ты была готова к этому.

Не худшее желание, вот только Альда сомневалась, что к такому можно подготовиться. Она уже знала, сколько людей живет на Арахне, она их всех чувствовала. Как она могла смириться с тем, что их обрекут на долгую мучительную смерть?

Встречу Лукия назначила в медицинском кабинете, Блейна оттуда уже выпустили, предоставив пришельцам возможность поговорить без посторонних. Альда и Киган пришли последними, но упрекать их никто не стал. Чувствовалось, что остальные подавлены новостями – кроме Лукии, которую дар капитана спасал от губительных страстей.

— Вы знаете, что я вам скажу, – объявила она. – Вы, я думаю, и сами чувствовали, что что-то с этими людьми не так. Но теперь Толедо провела исследование, я поговорила с Номадом о предыдущих поколениях, да и Витте раздобыл кое-что интересное, и все наконец-то стало на свои места.

Ноэль наблюдала за ней, переминаясь с ноги на ногу, но в разговоре не участвовала. Похоже, она и вовсе ушла бы с этой встречи – если бы ей позволили.

— Первое поколение, люди, которые родились на Земле, прожило недолго, – продолжила Лукия. – Еще когда мы приземлились, приборы показывали, что солнечная радиация здесь сильнее, чем на Земле. Нам с вами она не вредит лишь потому, что у людей со способностями крепкое здоровье. У первого поколения поселенцев такого преимущества не было, мало кому из них удалось дожить до пятидесяти. Когда я услышала об этом от Номада, я решила, что дело ограничивается одной радиацией – если мы говорим только о продолжительности жизни, а не о насильственной смерти в клыках хищников, например. Но если так, это не объясняет, почему второе поколение, рожденное уже на Арахне, было более жизнеспособным, а третье и вовсе чувствует себя так же хорошо, как на Земле.