Книга Лучшее из чудовищ, страница 46 – Влада Ольховская

— Это да, — кивнула Исса. — Они относятся к тебе с непонятным для меня презрением. Просто некоторые считают, что служить вот так, не становясь монахом, могут только неудачники. Хотя, по моим наблюдениям, сегодня ты работал больше, чем любой из них. Не потому что они не хотели — они бы не вынесли.

— Когда ты научишь меня драться?

— Да хоть сейчас!

Нет, все-таки окончательно она ехидство не утратила!

— Сейчас я с трудом двигаюсь, и ты это видишь.

— Вот и не задавай лишних вопросов, — бесцеремонно велела Исса. — Я найду время. Спешить нам некуда. Мы доедем с ними до их деревни, так быстрее, да и безопасней по-своему, мы ведь не привлекаем ненужного внимания. От деревни двинемся пешком.

— Та вещь, которая тебе нужна, в провинции Дорит?

Кирин не скрывал своего сомнения. Дорит — провинция далекая от всякой магии. Там живут преимущественно крестьяне, выращивающие растения и животных для всей империи. Как туда мог попасть магический амулет?

— Может, там, а может и нет, — пожала плечами девушка. — Я чувствую, что эта вещь еще далеко. Дальше, чем мне хотелось бы. Знаешь, я в провинции Дорит никогда не была, не доводилось.

— Нечего там делать, — заверил ее Кирин. — Поля да луга. Я сам бывал в ней проездом… Хотя там живет моя невеста.

— У тебя есть невеста? — поразилась Исса. — Быть не может!

— Знаешь, твое мнение касательно меня становится все более оскорбительным! У меня есть невеста. Точнее, была, я ведь теперь принцем не могу считаться… Я не буду ей интересен.

— Что, пропала корона — ушла любовь? — злорадно поинтересовалась она.

— Да какая там любовь! Я ее даже не видел ни разу…

— А-а, знаменитые браки по расчету! Как же, знаю их. Они всегда были главным способом образования знатных семей. Ну и кто тебе сосватал крестьянскую красавицу?

Настоящей обиды Кирин не чувствовал. Этот осколок его прошлой жизни не имел такого большого значения, как все остальные.

— Она не крестьянка, она из знатного рода. Ее выбрал мой брат, Сальтар. Я ведь младший, не так важно, кто станет моей женой. Все равно ни мы, ни наши дети не будем иметь права на престол. Сальтар сказал, что она очень красива и умна. Я согласился.

— Ты даже портрет не попросил?

— Да как-то в голову не пришло…

— Потрясающе, — Исса легла на траву, закинув руки за голову. Похоже, ее нисколько не беспокоило, испачкается белая ткань ее платья или нет. — Тебя совсем не волновала собственная судьба?

— Брат мне зла желать не станет, — философски рассудил Кирин.

— Да уж! А ты сам? Неужели никогда не влюблялся?

Нельзя сказать, что само чувство Кирина не интересовало — он неоднократно писал и читал стихи о любви. Он даже хотел влюбиться, потому что предполагал, что это станет хорошим вдохновением для творчества. Он где-то слышал, что славы добивались в первую очередь безответно влюбленные поэты.

Но это было давно, лет десять назад. Постепенно он перенял отношение к женщинам от своих братьев: это некий человек, который всегда рядом, но не имеет такого уж большого значения.

Решение, предложенное Сальтаром, казалось ему идеальным. Не надо выбирать и мучаться от нерешительности: ту он взял или есть лучше? Решение приняли за него, живи теперь и радуйся!

— Нет, не было такого.

— Странно! Ты стихи не писал?

— Писал.

— Как и все третьи сыновья. Но не влюбился… плохой поэт, что сказать! Обычно такие, как ты, влюбляются в первую свою женщину — рабыню из отцовского гарема.