Книга Сильнее смерти, страница 126 – Влада Ольховская

— Знаешь, сначала я думал, что это все из-за неприязни ко мне и моему клану, – задумчиво произнес он. – Но потом я понял, что я вообще не при чем. Ты охраняешь Эвридику. Только, понимаешь ли, я последний человек, от которого ты должна ее охранять. Я люблю ее.

И снова его голос прозвучал на удивление ровно, Цезарь не вырывал из себя это признание, он просто называл чувство, с которым давно примирился. Диаманта еще больше растерялась, потому что она, как и любая колдунья, без труда отличала ложь от правды.

Цезарь не лгал ей.

— Но если ты ее любишь, почему ты так легко отказался от нее?

Вот теперь Цезарь нахмурился.

— Я? Отказался? Когда такое было?

— В Небесных горах! – с вызовом напомнила Диаманта. – Прекрасная Илоиза Витре висела на себе, как обезьяна на пальме, а ты и рад был!

— Да ладно тебе, ты же не можешь использовать это против меня всерьез, а? Мы все знаем, чего хотела от меня Илоиза!

— Ее поведение и желания меня мало волнуют, мне интересней твои. Я видела, как ты уединялся с ней, вы там мило шептались, наслаждаясь красотами Небесных гор. Романтика!

— Вот оно что… – усмехнулся Цезарь. – Сестры Легио внимательней, чем я ожидал. А еще говорят, что лучшие шпионы – это Интегри! Но скажи мне вот что… Ты видела, как я целовался с ней? Нет. Ты видела, как я объяснялся ей в любви? Нет. Ты видела, как я ее на той террасе перегнул через лавку и отымел? Тоже нет. А я, представь себе, примерно так и обращался с влюбленными в меня дамами до того, как познакомился с Эви.

— Это не делает тебе чести.

— Мне не нужно ничего делать, хватает того, что есть. У меня были простые отношения с женщинами, и я ожидал, что они и дальше будут простыми. Но с тех пор, как появилась Эви, многое изменилось, и я шептался с Илоизой из-за нее.

— Ты хоть себя слышишь со стороны? – поразилась Диаманта.

— Я слышу, и ты тоже послушай, не перебивай. Тогда я еще не знал, что Илоиза – злобный паразит, по которому топор плачет. Я думал, что она обычная девушка, и жалел ее чувства. Я шептал ей все причины, по которым мы не можем быть вместе. А все потому, что я хотел, чтобы и Эви точно так же не посылала меня к чертям, отказывая мне, если бы до этого дошло. Ты учишься понимать других, когда у тебя самого хрен знает что на душе, Диа.

— Значит, ты даже допускаешь, что она может тебе отказать? Я думала, клан Инанис не признает отказов как явление!

— Только когда мы можем на что-то повлиять, – указал Цезарь. – Но знаешь, что? Любовь – та еще холера. Когда любишь кого-то, даешь ему право уничтожить тебя, и у Эви было такое право. Так что я пытался к этому подготовиться. Не веришь мне – спроси своего мужа. Он тебя обожает, он поймет. Это ты его не любишь, и тебе сложно понять.

Упоминание Артура было совсем некстати – Диаманта терпеть не могла, когда остальные приплетали его к своим историям. Это был ее муж, ее спутник, разве так сложно понять?

— Слушай, чего ты от меня хочешь? – устало спросила Диаманта. – Чтобы я порекомендовала Эви помириться с тобой, потому что ты просто лапочка?

— Было бы неплохо, но я сомневаюсь, что ты на такое способна. Я даже не прошу тебя перестать настраивать ее против меня. Делай ты что хочешь!

— Я все еще жду ответа на мой вопрос.

— А ответ простой: я хотел, чтобы ты поняла, что я люблю ее. Потому что, думаю, так тебе будет спокойней. Я – последний человек в мире, который причинит ей боль. Мне важно, как она относится ко мне, но если даже она не обращает на меня внимания, я все равно буду защищать ее, пока у меня есть силы. На это мне твое разрешение, к счастью, не требуется.