Книга Боги былых времен, страница 96 – Влада Ольховская

И все равно в истории был пробел: от встречи с Родериком до битвы с нефилимом. Куда Амарканд пошел дальше? Как нашел Суорина? И тот ли это вообще был нефилим?

— Короче, толку от вас двоих снова ноль, – усмехнулась Хиония. – Подумать только, вся эта грандиозная драка наверху началась лишь для того, чтобы услышать, что вы ничего не знаете!

— А я не говорил, что ничего не знаю, – отозвался Родерик.

— В смысле?

— Я ничего не знал тридцать лет назад, да и встрече с Амаркандом я не придал большого значения. Но потом пошли слухи, что он погиб от рук нефилима. Это большое дело – убить главу клана Легио!

— Ты еще скажи, что почетное, – нахмурился Амиар.

— Не почетное, но сложное. Я все просчитал, и получилось, что я был одним из последних, кто видел его живым. Я сидел напротив него так, как сейчас сижу перед вами. Я знал, насколько он силен. Поэтому я понял: того, кто смог уничтожить такую силу, нужно опасаться. Я поручил Вэйлону узнать, кто такой этот Суорин Микаэль, и следить за ним.

— Мне удалось, – подхватил Вэйлон. – Хоть это было и непросто! От нефилимов все стараются держаться подальше, даже говорить о них не хотят. Так что историю этого Суорина я так и не узнал, но я следил за его перемещениями. Лет эдак двадцать назад он перестал быть угрозой.

— Почему это?

— Ему надоело жить, – ответил вампир.

— То есть, он умер? – смутилась Дана. – Но я думала, что нефилимы бессмертны!

— Так и есть, – подтвердила Хиония. – И они не единственные бессмертные существа. В целом, понятие бессмертия условно, многих можно убить, хотя сделать это очень сложно, но мы сейчас не о том. Насколько я поняла, он не умер, а устал жить?

— Именно так, – подтвердил Вэйлон.

— Объясните уже тем, кто не так хорошо разбирается в бессмертии, что с ним случилось, – вмешался Амиар.

— Когда бессмертные устают от жизни, это больше похоже на эмоциональное выгорание, – ответила Хиония. – Их тела бессмертны, но их сознанию все надоедает. Они все попробовали, все испытали, они больше не могут справляться с накопившейся болью потерь и разлук… Причин много. И когда они понимают, что жить дальше нет смысла, они находят выход.

— Самоубийство?

— Очень редко, я бы сказала, почти никогда. Это другим убить их тяжело. Сами себя они в принципе убить не могут. Для них все иначе: кто-то впадает в спячку, кто-то погружает себя в лед или вечное пламя, чтобы потерять сознание и так и остаться ненайденным. Другие же сохраняют ясность ума, но сами себя изолируют от мира, чтобы никогда ничего не чувствовать.

— Все верно, – согласился Родерик. – И делают они это в кластерных мирах.

— Надо полагать, этот вариант и выбрал Суорин Микаэль?

— Для нефилима нет другого пути, они не впадают в спячку и не теряют сознание от боли. Поэтому он ушел туда, где для него нет никого и ничего важного. Просто быть там и все…

Не похоже на поведение лидера тайного сообщества, даже Дана это понимала. Но это не исключало, что именно он убил Амарканда.

— Если вы следили за ним, вам обоим должно быть известно, где он находится, – указала Хиония.

— Мир Бильскирнир, – отозвался Вэйлон. – Предсказуемый выбор, как видите.

Амиар и Дана растерянно переглянулись. Она не знала, о чем речь, да и не могла знать. Он же, хоть и вырос в магическом мире, никогда не интересовался такими тонкостями, колдуну низшей ветви они были просто не нужны.