Книга Боги былых времен, страница 36 – Влада Ольховская

— Надеюсь, с другим финалом!

— Это без вариантов, нас же теперь двое.

Кое-чего Дана добилась: о конфликте с Катиджаном он больше не думал. Но на этом дело застопорилось. Что бы ни обнаружил Амарканд в собранных здесь бумагах, он это точно выделять не стал.

Под конец поисков строчки уже расплывались у девушки перед глазами. Она готова была сдаться, отдохнуть хотя бы немного, когда среди бесконечных рун наконец мелькнуло имя.

Всего лишь обрывок, уголок вырванной страницы, из тех, на которых пишут напоминания себе же. Похоже, именно этим и занимался Амарканд Легио, но теперь его пометка могла стать для них бесценной.

— Смотри! – Дана протянула обрывок Амиару и прочитала: – «Аурика Карнаж. Должна знать». Имя знакомо?

— Нет, – покачал головой Амиар. – Впервые слышу. И, как ты уже поняла, она не из Великих Кланов. По имени я предположил бы, что ведьма, но стопроцентной уверенности нет.

— Все равно надо проверить, что там должна знать эта Аурика!

— Должна была знать тридцать лет назад, – поправил маг.

— Срок не больше человеческой жизни, а нелюди и того дольше тянут!

— Все равно, за это время многое меняется.

— Ты хочешь сказать, что это ничего не значит? – удивилась Дана.

— Нет, я хочу сказать, что для начала нам нужно выяснить, кто такая эта Аурика Карнаж, а потом только пытаться понять, что она должна знать.

— Тогда давай спросим у Роувена, – предложила девушка. – Он многое знает о прошлом твоих родителей.

— У Роувена сейчас и без нас проблем хватает. Смена лидера клана – это серьезно, уж поверь мне.

— Ну а что тогда, сами поищем?

— Обратимся к тем, кто на информации имя сделал.

— Клан Арма! – мгновенно догадалась Дана.

— Именно, – подтвердил Амиар. – Пусть Наристар проверит, кто она, от него ничего не скроешь. Если Аурика все еще жива, навестим ее и узнаем, чего хотел мой отец.

* * *

Катиджан не ожидал, что ему позволят проснуться. Хотя… ему сейчас было настолько плохо, что он даже жалел об ускользнувшей смерти. У него болело все, даже то, что по определению болеть не могло. Ныли кости, пульсировали болью мышцы, кожа, зубы, больно было открыть глаза и даже на кончиках волос, кажется, поселилось страдание. Время просто застыло, и он не знал, как долго был парализован этим чувством.

Потом, целую вечность спустя, он смог открыть глаза. Лучше ему не стало, он просто привык к боли, взял себя в руки. Гордость не позволяла ему валяться тут раненным животным, нужно было действовать, хотя он пока понятия не имел, что происходит.

Он догадывался, что ничего хорошего рядом с собой не увидит, и не ошибся. Он оказался в тюремной камере, и явно не современного образца. Скорее, это была темница – четыре глухие стены из влажных, покрытых плесенью камней, землистый пол, черный потолок, под которым застыла единственная осветительная сфера, мутная, наполнявшая комнатушку рыжеватым светом. В углу лежал старый грязный матрас, на котором и проснулся Катиджан. Неподалеку стояло ведро для понятных нужд, пока еще пустое. Все, на этом щедрость хозяев темницы закончилась.

Окон и дверей здесь не оказалось, но они были и не нужны. Осветительная сфера указывала, что это кластерный мир, значит, наколдовать дверь было несложно, а ее отсутствие уменьшало шансы пленника на побег. Вот только если они думают, что это сможет его удержать, они слишком наивны!