Книга Боги былых времен, страница 133 – Влада Ольховская

Он прекрасно знал, какой потенциал скрывается за ними, поэтому строго контролировал их окружение. Их няньки регулярно менялись, чтобы девочки не успевали привыкнуть к ним. Их общение с родной матерью было ограничено и проходило только в присутствии отца. Мерджит постоянно втолковывал им, что доверять никому нельзя, все видят в них только забавных одинаковых кукол, над ними постоянно смеются, а в душе хотят использовать.

— Он и во внешний мир их выпускал лишь потому, что они должны были научиться выживать там, – покачал головой Ховен. – Будь его воля, он бы полностью изолировал их до совершеннолетия. Но это ослабило бы их, а такого он допустить не мог.

Девочки, как и многие маги, отличались идеальным здоровьем. Личный доктор был нужен лишь для того, чтобы следить, как такая сила отражается на их телах. Мерджит предпочел, чтобы доктором этим оставался Ховен. Друид был молчалив, одинок, а главное, не относился к Великим Кланам с их вечными интригами и битвами за трон. Он был нелюдем со стороны, способным объективно оценить прогресс юных наследниц.

— Усилия Мерджита оправдались, Эвридика и Диаманта и правда никому не верили с первых лет жизни. Я был против этого искусственного развития паранойи, но кто спрашивал мое мнение?

— Он действовал жестоко, – отметила Сарджана.

— Вы даже не представляете, насколько.

Когда девочки более-менее овладели своими силами, Мерджит сам начал подсылать к ним убийц и чудовищ. Он хотел проверить, на что они способны, смогут ли они защитить себя. Они его не разочаровывали – никто и пальцем их коснуться не мог. Близнецы уничтожали любую угрозу. То, что они чувствовали в этот момент, тот страх, которым пропитывались их души, – все это было вторично для их отца.

Эвридике и Диаманте было проще замкнуться в своем мире и доверять только своей семье. Они ведь не знали, что причиной многих бед стал их родной отец! Они верили ему и ненавидели весь мир.

— Они видели вокруг себя одних врагов, пока не появилась эта девочка, – задумчиво произнес Роувен.

— Вероника Борисова, – кивнул Ховен. – Они познакомились в младшей школе внешнего мира, стали приятельствовать. Мерджит допустил это, потому что считал, что его дочерям нужны такие навыки общения. Он проверил биографию этой Вероники, убедился, что она не имеет никакого отношения к магическому миру, и успокоился. Она была всего лишь сообразительным, очаровательным ребенком, не угрозой. Он считал, что его дочери наиграются с ней и устанут. Мерджит всегда с презрением относился к людям, он был убежден, что девочкам это тоже передастся.

А вышло иначе. Детские игры переросли в крепкую, многолетнюю дружбу. То, что Вероника не относилась к магическому миру, стало для близнецов причиной доверять ей. Она не хотела их покровительства, она вообще ничего от них не хотела! И она умела различать их, каждую считала полноценной личностью – в этом даже их отец уступал ей. Мерджит знал, что если разлучить близнецов, перестанет работать их главное оружие, поэтому воспринимал Эвридику и Диаманту как единое существо.

Мерджит почуял неладное, когда имя Вероники стало мелькать в рассказах его дочерей слишком часто. Она заняла важное место в их жизни. Следовательно, от нее нужно было избавиться.

— Но почему? – поразилась Сарджана. – Она ведь была человеком!