Книга Танцующий горностай, страница 129 – Влада Ольховская

— Видели, какой я стала? – гордо допытывалась девочка. – Видели, видели, да? Это благодаря вам!

Александра только улыбалась в ответ. Она признавала, что за минувшие годы маленькая зашуганная Ася стала сильной и смелой, а еще – безрассудной. Да, она умела сражаться… Но плохо уже то, что у нее появилась такая необходимость.

Задержанные мужчины, как это свойственно большинству наемников мира, не стали скрывать имя своего нанимателя. Они сразу же все выдали, как только им пообещали за это снисхождение на суде.

Их действительно прислала Елизавета Сурначева, решившая срочно избавиться от живой улики. Ведь если бы Тимур умер здесь, в якобы хаотичной атаке двух психов, его убитый горем отец не пожелал бы и слушать никаких обвинений в подмене. Да и на официальный тест ДНК он мог не согласиться, чтобы не тревожить память умершего ребенка.

Это все равно казалось очень опрометчивым решением со стороны Елизаветы – по крайней мере, до тех пор, пока Александра не узнала про селфи.

Тимур сделал селфи с Асей и рассказал тете Лизе про необычную девочку, которая расспрашивала его о прошлом. Сурначева же, отличавшаяся недоверчивостью всех опытных преступников, тут же проверила, кто Ася такая, и выяснила, что это родственница того самого полицейского, который собирал данные на Максима.

Совпадением это быть не могло, но Сурначева не спешила действовать. Еще была вероятность, что расследование застопорится, улик не хватит, отдельные кусочки мозаики не сойдутся. Однако близнецы оказывались рядом все чаще, они могли догадаться, что к чему, и Сурначева неохотно признала, что безупречный план придется сворачивать. Тимуру предстояло не сыграть роль якобы нагулянного вне брака ребенка, а трагически погибнуть. Так его тетка надеялась защититься, провести черту между собой и всем, что произошло с племянником.

Замысел был сомнительный, хотя при таких обстоятельствах не самый безнадежный. Она еще могла рассчитывать на поддержку брата, на его неверие в ее вину и нежелание разбираться во всем в свете грандиозного горя, если бы Тимур погиб…

Но он ведь не погиб, и в этом отчасти была виновата сама Сурначева. Если бы с таким столкнулся настоящий Тимур Максаков, нерешительный, болезненный и слабый, он бы не справился. Ваня Гаевский был обладателем совершенно другого характера.

Когда в школе началась стрельба, новый Тимур сразу же решил, что пришли за ним. Основания были очень простые: ему рассказали, как его кто-то пытался убить на пустыре, так он и попал в больницу. Что, если этот «кто-то» вернулся? Такая атака на школу казалась не более дикой, чем хладнокровная езда по живому ребенку.

Так что Тимур улизнул мгновенно, до того, как учительница заперла дверь класса. Она, конечно же, заметила это, принялась кричать, звать его – а вот побежать следом не могла. Под ее охраной оставались больше двадцати детей, она не имела права покинуть их ради одного. Поэтому Тимур был брошен на волю судьбы – и это его спасло. Сурначева объяснила наемникам, где будет ее племянник. Они добрались до нужного класса, вышибли дверь, однако мальчика так и не обнаружили. Учительницу тяжело ранили, чтобы сохранить за собой роль сумасшедших, и все же главной цели они не добились.

Они вынуждены были искать дальше, хотя время безжалостно истекало. Они оставили себе пару дополнительных минут при планировании, но этого не хватало. Они попробовали разделиться, однако это привело лишь к тому, что один из них оказался под завалами из школьных парт.