Книга Танцующий горностай, страница 11 – Влада Ольховская

— Посмотри-ка вот на это, – Ян протянул сестре лист бумаги.

В отчете были перечислены вещи, обнаруженные в карманах у Красовского – уже мертвого. Среди его немногочисленного имущества нашелся прекрасно работающий мобильный телефон. Это делало ситуацию еще более запутанной.

— Он мог вызвать помощь в любой момент, – нахмурилась Александра. – Может, не знал, как?

— Знал он все прекрасно. Летом он увидел в подъезде соседку, потерявшую сознание, и вызвал Скорую со своего телефона.

— Ей вызвал, а себе нет?..

— Надеюсь, ты от меня пояснений не ожидаешь? Я бы сам от них не отказался!

Покинув один автобус, Красовский направился к другому. В это время на его пути оказалась больница, однако, судя по времени путешествия, мужчина там не задержался, просто прошел мимо. В следующий раз его засекла уже камера автобуса, доставившего его к детской поликлинике.

К этому моменту его путешествие длилось несколько часов, по жаре, которая больше не казалась подарком природы. Раны, которые изначально были опасными, но не смертельными, привели к слишком серьезной кровопотере. Красовский споткнулся на ступенях, упал и больше не поднялся.

Пока наверняка можно было сказать лишь то, что травмы он получил на свалке. Его соседи утверждали, что он никогда не возвращался из таких поездок домой с пустыми руками, всегда притаскивал с собой баул хлама – хотя его квартира и так казалась переполненной. Но уже в загородный автобус он вошел налегке, ему наверняка было слишком больно, чтобы нести еще и сумку. А он молчал и никому не звонил…

Документов у погибшего при себе не было, но благодаря телефону установить личность и связаться с сестрой удалось в тот же день.

— Все-таки он напоролся сам, – задумчиво произнес Ян, в который раз просматривая отчет судмедэксперта. – Не повезло…

— С чего ты взял? Если бы его ударили, подойдя вплотную, там такая же картина была бы.

— Это да, но я сейчас не о том. Нет никаких других травм, никаких следов сопротивления.

— Нападение могло быть совсем неожиданным, – заметила Александра.

— Его ударили дважды. Неожиданным был только первый раз.

— Допустим. Но он мог и не сопротивляться. Посмотри видео еще раз: у него живот пробит, а он ведет себя так, будто все в порядке. Такой реально мог позволить тебя ударить…

— Это не одно и то же, сопротивление – штука инстинктивная, – настаивал Ян. – Ему даже не нужно было драться, просто оттолкнуть нападавшего. Дядька был предсказуемо истощенный, с паршивым здоровьем, у такого на коже синяки даже от дуновения ветра образуются. Но никаких синяков, порезов и ссадин при вскрытии не нашли. Нет, думаю, он упал сам…

Тут Александре нечего было возразить, да и не видела она смысла держаться за свою наспех слепленную версию о неожиданной расправе детоубийц. Там изначально был грандиозный косяк: не было никакого смысла выжидать месяц, от хордера избавились бы куда раньше и, пожалуй, тише, если бы за ним действительно следили.

— Нам нужно поговорить с сестрой, – признала Александра. – Без нее не разберемся. Ты ведь добыл нам Ирину?

— Естественно. Добытая Ирина явится в пять часов.

Однако встретиться в этот день с Ириной у них так и не получилось. О том, что она не придет, они узнали не от сестры Красовского, а от ее мужа. Ирина оказалась в больнице – стало плохо с сердцем. Как мрачно рассказал муж, причиной послужила не столько чудовищная находка, сколько последовавшие за ней сообщения от соседей Игоря. Ирину обвиняли в предполагаемом преступлении брата так, будто она должна была обо всем догадаться заранее и как-то предотвратить. Для женщины, которая лично видела иссушенную детскую ручку в бетонной пыли, этого оказалось достаточно.