Книга Три цветка Индонезии, страница 122 – Влада Ольховская

— Не на него, – уточнил Филипп. – На его драгоценный завод. Хотя я верю, что вы действительно оказались там случайно. Ну что там красть? Вот только Олег с самого начала носится с этой своей любимой игрушкой, как с величайшим сокровищем, охрану нанял… Каких-то головорезов откопал, оружие им выдал! Вот зачем? Ты понимаешь?

Филипп четко и последовательно строил стену между собой и работой брата. Он сейчас чуть ли не прямым текстом говорил Яну: все, что происходит на заводе, инициатива Олега. Это не бизнес Беленковых, не нужно путать одно с другим.

При этом актерская игра старшего из братьев оставалась на высшем уровне. Филипп не бросал на собеседника многозначительных взглядов, его улыбка ни разу ни стала неуместной. Если бы Ян вдруг притащил с собой следящее оборудование и записал этот разговор, ни один эксперт потом не доказал бы, что в словах Беленкова скрывался двойной смысл.

Понять это можно было, только зная правду о его семье хотя бы частично. А такая правда, опять же, была недоказуема.

Яну только и оставалось, что подстраиваться под заданные Филиппом правила.

— Думаю, у него есть причины для подозрительности – после всего, что случилось в этом году.

— Не уверен, что понимаю…

— Я говорю о смерти Арианы Савиной, – пояснил Ян.

— Так она ведь не имела к заводу никакого отношения!

— Зато она имела отношение к Егору Гаспарову, а он – к заводу.

— А, этот… самопровозглашенный рэпер, – Филипп поморщился с таким презрением, будто случайно проглотил вместе с чаем навозную муху. – Личность адекватная лишь отчасти. Я говорил Олегу, что с таким связываться не стоит, ничего хорошего из этого не выйдет. Но братец уперся – они, видите ли, друзья детства и Егор умен! Умен, кто ж спорит. Но недостаточно умен, чтобы сидеть тихо. И все же я не думаю, что смерть его невесты навредила бы заводу.

— Разве? Ариана была популярна, многие поклонники винили в ее смерти ДиМиро – и хотели отомстить. Узнав, что ему принадлежит доля этого завода, они могли попытаться напакостить там.

Филипп на пару секунд задумался, потом кивнул.

— Да, так вполне могло быть. Это отчасти оправдывает желание Олега усилить охрану. Но не объясняет, почему он нанял дебилов, которые стреляют быстрее, чем думают. Еще и судиться додумался!

— Мне кажется, на него все-таки повлияла история с Арианой, – настаивал Ян. – Он после нее сам не свой, всюду враги мерещатся. Это предсказуемо ведет к необдуманным действиям, вот с таким нужно быть осторожным.

— Думаешь, Олег способен навредить сам себе?

— Фанатичное рвение еще никого до добра не доводило.

— Да, есть у Олега такая черта, – Филипп казался искренне опечаленным. Впрочем, он всегда казался искренним, это нужно было признать. – И что же, по-твоему, ему следовало бы сделать?

— Отпустить ситуацию прямо сейчас. Я говорю не только про суд – хотя про суд в первую очередь. Он отзывает своих адвокатов, мы – своих, тут ставится точка.

— Он будет настаивать на том, что вы – обвиняемая сторона, только вам это и выгодно.

— Это сейчас, – уточнил Ян. – Все может поменяться в любой момент. По нам стреляли без предъявления обвинений, без попытки задержать. Плюс ко всему, его дуболомы покалечили служебную собаку. Это уже ущерб. Так что пусть Олег все хорошенько обдумает еще раз. И я говорю не только о суде, но и обо всей этой ситуации с Арианой.