Книга Воды возле Африки, страница 53 – Влада Ольховская

— Если бы я знал, меня бы здесь уже не было — я не наслаждаюсь процессом.

Насколько было известно Петру, пират в момент смерти находился один. Получается, то, что произошло, не было ни шуткой, ни результатом какого-то дебильного спора. В одиночестве человек не ведет себя странно, он предпочитает привычные развлечения. Как обычно коротают время преступники с интеллектом табуретки? Быть может, у самого лица пирата взорвался смартфон? Нет, не подходит: тогда раны были бы проникающими. А ткани выглядят скорее так, будто их разорвало изнутри.

Катя тоже искала ответы — только она, в отличие от Петра, на лицо покойника смотреть по-прежнему не могла. Она изучила грудь погибшего, ничего не нашла, переключилась на другие части тела. Пётр не останавливал ее, даже внимания не обращал, ему было не до нее.

Он не ожидал, что Катя обнаружит нечто важное, да и она сама, скорее всего, тоже. Она возилась с мертвецом лишь потому, что иначе снова подступал ужас от собственной беспомощности. И тем больше было удивление Петра, когда она позвала его к другой части стола:

— Посмотри-ка… Это нормально вообще? Это может быть связано с его травмой?

Пётр подошел поближе, пытаясь понять, что привлекло ее внимание. Гадать долго не пришлось: Катя указывала на пальцы покойника. Из-за того, что кожа пирата была темной, они не сразу заметили, что его пальцы окрашены чем-то — кажется, в зеленый и синий, хотя разницу оттенков определить было непросто. Она и не имела большого значения, важен был лишь результат.

Пётр быстро осмотрел вторую руку, но на ней краски не было. Получается, задело только одну, правую, и погибший, судя по состоянию пальцев, как раз был правшой.

— Что это может быть? — напомнила о себе Катя. — Что ты делаешь… Фу!

Не обращая на нее внимания, Пётр поднял руку покойника и вдохнул воздух возле пальцев. Его догадка подтвердилась: на коже сохранился резкий запах какой-то химической сладости. Нечто подобное используют в дешевых конфетах, называя это «ароматом тропических фруктов» или чем-нибудь в этом роде.

— Нам нужно осмотреть место его смерти, — объявил Пётр. — Идем, побудешь переводчиком.

Он уже выяснил, что лидеры пиратов разговаривают на английском — не только белые мужчины, несколько чернокожих тоже, те, к которым все обращались с нескрываемым уважением. Однако обычные пираты языка могли и не знать, а при любой попытке объясниться с ними жестами они слишком быстро злились, не лучшая черта для тех, кто не сводит палец со спускового крючка.

Так что Катя оказалась куда более полезной, чем он ожидал. Да, на полноценного переводчика она не тянула, но кое-как объясниться с охраной все же сумела.

Правда, охранники не бросились выполнять поручение Петра. Они обсудили что-то между собой, потом задали вопрос Кате.

— Они не знают, где именно он умер, — перевела она. — Сказали, что им известен только этаж, а рыскать по нему у них нет времени.

— Как будто они куда-то спешат, — вздохнул Пётр. — Передай им, что долго рыскать и не придется. Место смерти мы определим по косвенным признакам вроде лужи крови и валяющейся где-нибудь в уголке челюсти. Не думаю, что это убрали.

— Они все равно не хотят…

— Скажи, что мы подозреваем: это заразно. Тогда сразу захотят.

Он оказался прав: охранники быстро перестали хмуриться, засуетились, они сами указали на лестницу. Угадать было не так уж сложно, Пётр слишком давно работал врачом, чтобы не знать, насколько люди трясутся над своим здоровьем, когда появляется реальная угроза, тут уже ни раса, ни возраст, ни уровень образования большого значения не имеют.