Книга Натрия Хлорид, страница 84 – Юсси Адлер-Ольсен

— По-моему, это признак того, что она была особенной и занятой женщиной, которая ставила работу превыше всего, — сделала вывод Роза.

— Да, особенной, это уж точно. Меха круглый год, куча украшений и копна густых волос, за которые удобно ухватиться после того, как ей нанесли удар ребром ладони по сонной артерии, — странно сухо произнес Асад.

Снова зажужжал телефон.

— Да, — бросил Карл с легким раздражением, когда наконец выудил его и ответил. Номер был незнакомый.

— Это Карл Мёрк? — раздался голос. — Отлично. Это Ласло из полиции Северной Зеландии. Один из криминалистов просил передать: это правда, что вчера он ничего не нашел в могиле женщины. Зато сегодня он кое-что обнаружил в двух других могилах, и это его озадачило, потому что находка была в обеих. Когда он присмотрелся, то увидел по краям могил отчетливые отложения соли. Выглядит так, будто трупы буквально засолили. Это имеет какой-то смысл?

ГЛАВА 28

Понедельник, 14 декабря 2020 г.

МАУРИЦ

Прошло уже добрых двое суток с тех пор, как Мауриц видел похитившую его женщину, и за это время он не получил ни капли воды, ни крошки еды. Вонь от ведра-параши стояла в помещении туманом; кишечник и мочевой пузырь были давно опорожнены.

«Нужно поменьше двигаться, это меня истощает», — подумал он. — «Если только я смогу продержаться, меня найдут, я в этом уверен. Хорошо, что мне было плевать на закон, и пара камер наблюдения дома снимает территорию за пределами нашего участка; полиция увидит номер машины, которая меня забрала. Может, они уже арестовали эту бабу, и поэтому её здесь нет».

Он усмехнулся про себя. Похищение людей в Дании каралось сурово, и теперь настала очередь этой стервы пялиться на белые голые стены. Её очередь стать главным героем фатального шоу.

«Мне лучше покончить с собой!» — так могло бы называться это шоу. Он хмыкнул. Вообще-то идея была крутая, хотя такое реалити-шоу наверняка встретило бы сопротивление во многих местах. Люди становились странно ранимыми, когда речь заходила о самоубийстве.

Мауриц кивнул и улыбнулся, затем откинул голову назад и запел так громко, что шарикоподшипники в потолочных рельсах над ним завибрировали:

— Oh no, not I, I will survive — Oh, as long as I… (О нет, не я! Я выживу! О, пока я…)

Тут он закашлялся. Пересохшее горло запротестовало, язык прилип к небу.

«Черт, ну и дерьмо», — внезапно подумал он и огляделся. Прямо сейчас он мог находиться где угодно. В подвале с бетонными перекрытиями между этажами. В складском здании вдали от цивилизации. В новостройке, брошенной до завершения работ.

Он подумал: «Я могу быть в любой точке Зеландии, так как же они меня найдут, если баба будет держать рот на замке?»

Когда он очнулся после похищения, он посмотрел на часы: было 11:45. Если предположить, что до этого он просидел прикованным к стулу минут 10–20, то они находились примерно в пяти четвертях часа езды от начальной точки.

«Как далеко они могли уехать от Гаммель-Хольте?» Он оборвал себя еще до того, как расчет начался, — откуда ему, черт возьми, знать, в этом уравнении было слишком много переменных. Женщина могла кружить на месте. Или могла лететь по автостраде, вдавив педаль в пол. С тем же успехом она могла переехать через Эресуннский мост.

Мауриц начал потеть. Если он сейчас в Швеции, а девка не заговорит, его никогда не найдут. Завтра он будет сидеть здесь со слизью в углах рта и дрожащими руками. И послезавтра, и через день. Как долго он сможет это выносить?