Книга Натрия Хлорид, страница 41 – Юсси Адлер-Ольсен

— Начнем с тебя, Руфь? — спросила Дебора.

Рагнхильд глубоко вздохнула, услышав свое сестринское имя. Неужели сегодня действительно её очередь начинать, как же это прекрасно. Пару глотков чая — и она готова.

— Три вещи со времени нашей последней встречи, — сказала она, глядя на остальных. Марфа рядом с ней слегка вздохнула — похоже, она сделала не так уж много, в то время как Сарра и бровью не повела — она никогда этого не делала.

Рагнхильд начала с изречения, которое предваряло все их сессии:

— Это можно назвать самоуправством, но можно назвать и своевременной заботой, ведь мир становится немного лучше с каждым разом.

Трое остальных одобрили её слова беззвучными аплодисментами, и слово перешло к ней.

— Когда я думаю о том, какой решительной я научилась быть, всё моё тело дрожит от восторга, ведь я точно знаю: такое не забудется никогда.

Следующие десять минут её не прерывали, а когда она закончила, Дебора встала и обняла её.

— Я не знаю, что сказать, Руфь, — произнесла Марфа. — После тебя выступать трудно.

Затем очередь перешла к Марфе, а от неё можно было ожидать чего угодно. Но Марфа была и самой открытой из них: если она была недовольна собой, она этого не скрывала.

— Это были тихие недели. Возможно, я была не в том настроении, чтобы испытывать себя, а может, просто не представилось подходящего случая. Должна признать, Руфь, ты стала невероятно искусна в том, чтобы появляться в нужный момент с нужным наказанием; мне, пожалуй, просто не хватает твоей удачи или сноровки.

Рагнхильд вежливо протестовала, но её «альтер эго», Руфь, упивалось похвалой.

— Старый трюк с зонтиком в качестве оружия никогда не подводит, — начала Марфа. — И на этот раз я решила посвятить целый день тому, чтобы сбивать с ног всех велосипедистов, которые не уважают более слабых участников движения и правила дорожного движения. Схема всегда была одна и та же: я выходила из автобуса на одной из остановок в центре города, где ты ступаешь прямо на велосипедную дорожку.

Рагнхильд было трудно скрыть восторг, но взгляд Деворы заставил её позволить Марфе продолжить рассказ без прерываний.

— Конечно, не везде велосипедисты не притормаживали, когда мы выходили, но в большинстве случаев — именно так. Я видела это в заднем окне автобуса, когда пара таких идиотов приближалась на слишком высокой скорости и без малейшего намерения остановиться. Тогда я быстро выходила, выставив зонтик далеко вперед, прямо в спицы. Стоило мне свалить первого, как за ним летели остальные. И хотя они получали ссадины, ломали колеса и гнули рули, я никогда не извинялась. — Она посмотрела прямо на Рагнхильд. — Напротив, я отчитывала их всеми словами, которым научилась. Говорила, что в следующий раз им стоит ездить по правилам и включать голову.

Тут Рагнхильд всё же не выдержала и осторожно похлопала.

— За день мне удалось испортить шесть зонтов и свалить как минимум двадцать этих абсолютно безответственных, идиотских велосипедистов, которые подвергают опасности жизни пешеходов. — Она тихо улыбнулась. — И поверьте мне, они уж точно больше никогда не проедут мимо стоящего автобуса, не убедившись, что все пассажиры вышли.

Она замолчала и состроила досадную гримасу. — Было только одно маленькое «но».

— Говори, Марфа, — сказала Дебора.