Книга Натрия Хлорид, страница 116 – Юсси Адлер-Ольсен

Карл посмотрел на Асада, нахмурив брови.

— Да, — сказал он. — Ну и дамочка. Скажу так: во-первых, смерть Паулины Расмуссен действительно стала для меня неожиданностью, должен признать. По-моему, она была не из тех, кто ломается.

— «Во-первых», говоришь? — Асад криво усмехнулся где-то в чаще своей щетины.

Неужели этот хитрый лис уже догадался, что Карл скажет дальше?

— Мы оба думаем об одном и том же — о таблетках, верно, Асад? Должно быть, пузырёк был набит под завязку, раз столько таблеток оказалось на тумбочке, и при этом внутри осталось достаточно, чтобы убить её.

— Да, Карл, очень подозрительно! И это также заставило команду Сигурда Хармса искать следы преступления, но они нашли только отпечатки пальцев Паулины. Пузырек, спальня и коридор были тщательно обследованы. Она лежала во всей одежде, а ее сумка была брошена на пуфик в ногах кровати. Хармс проверил содержимое, и там тоже не было ничего странного.

— Хармс был этому не рад, могу себе представить, — Карл кивнул. — Правильно сделал, что обратил мое внимание на это, Асад, потому что это самоубийство явно не совсем обычное. Теперь, я считаю, нам нужно срочно вернуть этот чертов компьютер Паулины Расмуссен из NC3^[29]. Не мог бы ты попросить Маркуса нажать на кое-какие кнопки и попросить NC3 восстановить столько удаленных файлов, сколько они вообще смогут?

Асад поднял большой палец вверх. Он уже был в пути.

«Пора бы зажечь эту сигарету», — подумал Карл, глядя на парковку. Он как раз успел заметить двух молодых парней с камерой и микрофоном, мчащихся по холоду к главному входу, прежде чем в дверях появилась Роза.

— Они уже здесь, — сказала она, бросив убийственный взгляд на пламя спички Карла.

— Они? Телевизионщики?

Потребовалась всего минута, чтобы собрать бумаги на столе в скромную стопку, прежде чем двое предстали перед Карлом.

— Привет! Эрик! — представился тот, что был с микрофоном. Карл коснулся его локтем в знак приветствия, пока оператор выбирал позицию для съемки.

— Мы немного торопимся, — сказал журналист, поднося микрофон к лицу Карла.

Карл прицелился взглядом в красную лампочку камеры и надпись над ней. «Lorry», было там написано.

— Роза, зайди-ка сюда, — крикнул он, поворачиваясь спиной к камере.

— Послушай, — сказал он, когда она встала перед ним. — Ты что, заказала приезд «Lorry»? Копенгагенский местный телеканал?!

Она растерянно посмотрела на телевизионщиков. — Насколько мне известно, нет.

Карл повернулся к ним, стараясь выглядеть сожалеющим. Получилось из рук вон плохо, он сам это чувствовал.

— Спасибо, что пришли, и спасибо за то, что вы сейчас так же быстро уйдете. То, что мы должны сказать, имеет общенациональное значение.

— Но наши выпуски иногда берут другие региональные каналы… — начал было журналист, но оператор уже всё понял.

Через пять минут они мчались обратно через парковку в противоположном направлении — с сообщением, что через два часа на площади перед старым полицейским управлением состоится заявление для прессы от Отдела Q.

— Ты уверен, что это правильное решение, Карл? — спросила Роза.

— Уверен, как в «амине» после молитвы, да.

— Что ты скажешь?

— Ну, дилемма в том, что я не могу объявить в розыск человека с характеристикой «паршивая свинья». Но помимо этого, я скажу всё в точности как есть. Что у нас есть предположение, что один очень предприимчивый и, вероятно, успешный человек, которого семья не видела какое-то время, попал в серьезную беду. Если они почуют неладное, пусть обращаются напрямую по твоему номеру, Роза.