Книга Цвет из иных времен, страница 73 – Майкл Ши

Она поднялась с кровати и добралась до душа, чувствуя, будто ноги внезапно стали разной длины.

Позже, на кухне, протеиновый коктейль энергично крутился в блендере, агрессивно урча. Чтобы выпить все до последней капли, ей пришлось себя пересилить – аналогичное, как она считала, усилие воли необходимо, чтобы толкать штангу или учить французский.

Встав у зеркала, чтобы накраситься, она саркастически спросила свое отражение:

— С чего ты взяла, что умеешь водить машину? Видишь? Каждый день ты и вправду выглядишь на сорок три!

Гейл не переносила запах алкоголя, но лакомые коктейли вроде «Кровавой Мэри» и «Маргариты» были ее слабостью. Прошлой ночью она с долей самоиронии мысленно подсчитывала выпитые бокалы, но потакать пристрастию от этого стало лишь приятней. Отчасти вина лежала и на Теде – в спортзале он больше не занимался и не ходил туда даже ради джакузи. Он ведь обязался, но в итоге отрастил пузо, чем отбил у Гейл всякое желание меняться. Вскоре после того, как часы пробили два пополудни, она заперла входную дверь и прохрустела по подъездной дорожке к своему «бьюику».

Прохрустела? По асфальту? Гейл замерла. Солнце, уходящее из зенита, мягко осеняло покрывающий дорожку полупрозрачный пушок высотой в четверть дюйма, а рядом с местом, где Тед всегда парковал «кадиллак», он уплотнялся в круглый пятачок. Гейл потерла асфальт носком спортивной дизайнерской туфли. Раздался треск – покров не надламывался, а, скорее, прогибался под давлением. Гейл покачала головой. Ее, уроженку Южной Калифорнии, всегда отталкивала жуткая и пышная растительность северных соотечественников. Гейл завела «бьюик» и включила кассету «Монтанави», оставленную в магнитоле. Она помчалась по серебристому шоссе – сегодня оно прямо-таки сверкало.

В спортзале случилась большая странность. Сауну Гейл делила с двумя женщинами – одна была ее приятельницей, Тина Клеймор. Тина – управляющая бутика в центре Коддингтауна – говорила Гейл:

— Ох, сухой жар в нос и горло прямо дает, да?

— Да. Аж колет. А что это у тебя на ногах, Тина?

Обе наклонились к бледным бедрам Тины, расползшихся в овалы по темной от пота скамье. Кожу, казалось, покрывал слой пыли. Призрачно-тонкая, бледная копоть. Тина смахнула налет, но только размазала его по потной коже.

— Смотрите, – обратилась к Гейл третья женщина. – У вас тоже оно на руках и ногах!

— И у вас!

Все три дамы завертелись и завыворачивались, подставляя части тела слабой, желтоватой лампе, поглаживали и похлопывали себя по конечностям, пока не опомнились и, смущенно рассмеявшись, вышли из сауны.

Все трое стояли в душевых, когда к ним вернулась инструктор. Втиснувшись торсом в футболке в приоткрытую дверь, она радостно объявила:

— Я была права! Род говорит, это просто сажа – газовые обогреватели сегодня немного покоптили!

Лучезарное самодовольство двадцатилетки рассердило Тину, на груди которой мыльная пена собралась непомерно огромными наростами, похожими на гротескный лишайник.

— Замечательно! Просто прекрасно! Что же вы раньше-то не сказали?

— Я сегодня в сауну не заходила, – уязвленно ответила девушка. – А Род, наверное, просто забыл. Все же смоется!

— Но чешется же. И нос с горлом покалывает, между прочим!

Кожа у Гейл тоже зудела, но она молча согласилась, решив не устраивать сцены из-за мелочи. Она бойко высушилась и оделась. Пришло время сэндвича из «Ферн и Бургер».