Книга Рваные судьбы, страница 101 – Татьяна Николаева

— Если ты не успокоишься, они убьют нас всех. Замолчи и пойдём отсюда скорее. Сегодня мы всё равно уже ничего не узнаем. Завтра будем искать, прямо с самого утра.

Мария перестала сопротивляться. Она согласилась расстаться до завтра и поспешила домой в надежде, что Люда уже там, и давно ждёт её. Она бежала и молила бога, чтобы её дочь была дома.

«Вот сейчас я зайду в дом, а Людочка выйдет мне навстречу, – думала Мария. – Я даже ругать её не буду. Лишь бы жива была. Господи, только бы жива…»

Но дома её ждало горькое разочарование. Людмила так и не вернулась.

11.

На следующий день рано утром, едва рассвело, Лиза ушла на рынок. Она хотела купить немного муки для лепёшек, да расспросить людей, может, кто слышал что-нибудь, или видел вчера Людмилу.

Ночью на землю сел густой туман. Лиза шла, как в молоке. Впереди ничего не было видно. Густая белая завеса будто бы расступалась перед Лизой и тут же смыкалась за её спиной. Чтобы выйти к рынку, ей необходимо было карабкаться по крутой горе. Вот и сейчас Лиза уже почти выбралась наверх, как вдруг резко остановилась и отшатнулась. Страшная картина внезапно открылась её взору. На деревьях, росших вдоль тропы, висели казнённые молодые люди, со связанными за спиной руками и с табличками на груди. На табличках было написано по-русски: «партизан». Лиза перекрестилась и пошла дальше, плохо соображая, куда и зачем идёт. Из головы никак не выходило страшное видение: застывшие синие лица с вытаращенными глазами и высунутыми языками; верёвки, врезавшиеся в посиневшие шеи; босые ноги, израненные по пути к месту казни.

На рынке только эта новость и обсуждалась. Как оказалось, не только здесь, но и ещё в нескольких местах были казнены русские партизаны. Всего около десяти человек. Вчера после неудачной вылазки они попались немцам. На рассвете их казнили.

Ещё Лиза узнала, что вчера прибыло немецкое подкрепление, и теперь немцев у них в Осиновке было больше, чем своих. А ещё Лизе удалось узнать, что минувшим днём какой-то эсесовец застрелил девушку прямо посреди улицы. Та, якобы, замешкалась на дороге и чуть не угодили под колёса ехавшей на бешеной скорости машины. Тогда эсесовец выхватил пистолет и выстрелил почти в упор. Лиза поняла, что речь идёт о Людмиле, поскольку девушка, о которой говорили, была в дорогом зелёном пальто.

«Господи, что же делать? – думала Лиза. – Как сказать Марии? Она ведь с ума сойдёт».

А с другой стороны, не сказать – тоже было неправильно. Тем более что та всё равно узнает рано или поздно.

«Но лучше, если позже, – решила Лиза. – Для неё Людмила ещё жива. И вообще, может, это была не она».

Прошла неделя, вторая пошла. Ничего не изменилось. Людмила не возвращалась. Мария выплакала все глаза.

— Ой, Лиза, чувствую я, что больше не увижу свою Людмилочку, – говорила она, – случилось что-то страшное. Я всё не хотела верить. Но я столько уже всего передумала. И, если бы она была жива, то уже давно была бы дома. Не могу поверить, но, наверное, так и есть. Убили где-то мою девочку.

Мария залилась слезами. Лизе было больно видеть страдания женщины. Но что она могла? Продолжать поддерживать ложную надежду она не хотела. Это уже было слишком. Но и рассказать всё, что знала, Лиза тоже не решалась.

— Господи, хоть бы узнать, что с ней случилось, – не унималась Мария. – Сил больше нет никаких. Жду, сама не знаю, чего. Чуда какого-то. А ведь всё и так понятно.