Онлайн книга «Большая птица не плачет»
|
Зурха едва не бежала вперед конных воинов, когда дорога покинула город и запетляла, извиваясь по холмам и перевалам. Впервые Мирген видел ее в таком оживленном и радостном нетерпении; как она ни старалась сдерживаться и идти спокойно, он замечал, что она то начинала негромко петь, то улыбалась невпопад, а иногда и заставал ее за тем, как она гладила нагретые солнцем камни и теплые, шершавые стволы сосен и кедров. Она не любила, когда кто-то наблюдал за ней, но в дороге была такой счастливой, что ей было все равно. Она жгла палочки благовоний и подолгу молилась, уединяясь среди больших камней. Мирген иногда смотрел, но не мешал. Ему нравилось, как она выглядит в такие минуты: увлеченная, задумчивая, одухотворенная. Ее огненно-рыжие волосы словно светились в темноте, а тонкие и нежные пальцы перебирали сандаловые четки и складывались сами собой в нужные символы-мудры. Она знала, куда идет и что хочет там найти, а он никогда не видел ее такой счастливой. И думал о том, что, несмотря на то, что поначалу она ему понравилась — необыкновенной красоты рыжие локоны, глубокие и внимательные зеленые глаза, тонкая, стройная фигурка и тихий смех-колокольчик — сейчас он понимал, что она не пара ему и хорошо, что между ними ничего не сложилось. Он восхищался ею, как восторгаются неприступной вершиной, яркой звездой на ночном горизонте, нежным цветком в горах, — восхищался, но как женщину не любил. Она была для него слишком сложной, непонятной, неземной. Монастырь появился на шестой день пути. За очередным поворотом тропы, на ровной площадке, вырубленной в скале, начиналась каменная лестница, уходящая прямо в густые молочные облака, и вокруг поднимались отвесные скалы, поросшие мхом и зеленью. Эта легендарная лестница в три тысячи ступеней заставляла забыть обо всем по мере подъема, оставить прошлое здесь, внизу, и идти наверх с легким сердцем и легкой головой, не тащить за собой тяжесть всего пережитого. Это непросто, но нести невидимую ношу еще труднее. Вокруг не было ни души, только ветер трепал разноцветные молитвенные флажки и облака проплывали так низко, что, казалось, до них можно дотянуться рукой. Мирген замер: никогда в жизни он не видел ничего подобного, да и воины смотрели с любопытством, подначивая друг друга пойти вперед. И тогда Мирген пошел первым. За ним без колебаний последовала Айрата, за ней на первую ступеньку поднялась Зурха, и больше ни у кого не осталось сомнений: оставлять этих троих без присмотра король не велел, да и командир не останавливал — значит, нужно идти. Шли долго. Поднимались, карабкались, останавливались отдыхать, но все-таки шли, преодолевая ступень за ступенью, и ветер с воем и свистом бросался в грудь, и становилось холодно, сыро, свежо и морозно, и вот уже на облака можно было взглянуть сверху, за ними оказались еще облака… Им открыли сразу же. Тяжелая створка деревянный красных ворот слегка отодвинулась, и в щели показался любопытный темный глаз. За ним появился мальчик — круглолицый, с бритой головой, смешно торчащими ушами и большими глазами, темными, как дикая вишня. — Вы кто? — деловито поинтересовался он, сунув в щелку нос. Командир хотел было ответить, но вперед вышла Зурха и с улыбкой поклонилась маленькому стражнику. |