Книга Запечатанный во тьме. Том 2, страница 37 – А. Никл

— Как знаешь. — Ответил помощник, но в его глазах сверкнуло недовольство.

Здесь всё было по-другому. Даже люди выглядели совсем не так, как на Фарросе. На моем прошлом материке, когда я прибыл в большой город, конечно изменения в людях сразу почувствовались, но было в них и что-то схожее даже в сравнении с нашей отдаленной деревенькой.

Здесь же… я не мог этого объяснить, но ощущалась совершенно другая атмосфера. Люди были более закрытые и смотрели на меня по-другому. Хотя это могло быть связано с местом расположения. Всё же ближайшее поселение к этим… как они называли, Безродным землям.

А что касается земли, так она действительно выглядела в сотни раз плодороднее. Но и монстры здесь были совершенно обычным явлением. Это я понял по разговорам. Люди хорошо разбирались во всех видах и знали где, когда и от кого, что ожидать. При этом на воинов они не были похожи.

Теперь мне стало интересно посмотреть, как живут люди в больших городах. Неужели там с монстрами такая же ситуация?

Надеюсь, скоро я это узнаю.

Я не стал пренебрегать предложением начальника стражи и направился в конюшню. Помещение встретило меня густым запахом навоза, прелого сена и лошадиного пота. В слабом свете фонаря, висящего у входа, виднелись стойла с равнодушными глазами животных. Они фыркали, переступали копытами, будто недовольные моим вторжением. Солома на полу была мятой, грязной, а в углу копошились крысы.

Я замер в дверях, осматриваясь по сторонам.

— Апартаменты, скажем так, так себе… — Пробормотал я и двинулся вперед.

Не то, чтобы я брезговал подобной обстановкой. Как я любил говорить — видал и похуже!

Но всё же. Что-то мне здесь не нравилось. Возможно всё дело в запахе. Я уже представлял, как проснусь с жуткой головной болью и, по итогу, мне просто не удастся нормально отдохнуть. А ведь это был самый главный критерий, из-за которого я и хотел попасть внутрь поселения.

Я вышел обратно на улицу. Поселение дремало, лишь редкие огоньки мерцали в окнах. Улочки были пустынны, только где-то вдалеке слышался пьяный смех да лай собак. Я брел, не зная куда, через всё поселение, пока не вышел на самую окраину.

И там, в тишине, стоял одинокий стог сена — высокий, почти золотистый в лунном свете. Я забрался чуть наверх, и промял солому, чтоб было удобнее лежать. Над головой раскинулось бескрайнее небо, усыпанное звёздами. Я закрыл глаза и сделал глубокий вдох, вдыхая запах сухой травы.

— Ну вот… Так-то лучше.

Где-то вдали завыл ветер, но я ничего не опасался. Сейчас мне было спокойно. Почти хорошо. Ещё бы поесть чего-нибудь. Но с этим я завтра разберусь. Наверное…

И почти сразу же я провалился в сон, как в глубокую яму, без каких-либо сновидений. Сквозь эту темноту до меня долетали отрывистые звуки: топот маленьких ног, звонкие смешки детей и шорох соломы.

— Помер что ли⁈ — услышал я чей-то тонкий голосок.

— А давайте ткнём его палкой!

Я хотел заворчать, чтобы отстали, но тело было ватным, словно придавленным невидимым грузом. Где-то рядом зашуршало, кто-то осторожно кашлянул.

— Спит?.. — На этот раз голос был уже более взрослым. Слегка хриплым. — Или серьезно помер⁈

— Если спит, то слишком крепко. Подозрительно. Может, он того? Откинулся ночью? Может, доложить надо?

— Иди, проверь.