Книга Запечатанный во тьме. Том 4, страница 6 – А. Никл

Я не стал ждать. Ушёл в сторону, сделал короткий шаг вперёд и ударил. Единственно точное движение, и клинок вошёл под рёбра, чуть левее сердца. Монстр дернулся, хрипнул и упал. А я даже не остановился.

Через полчаса на дороге появился второй. Этот был чуть крупнее, мускулистый, с когтями, как у зверя. Он вышел из-за дерева, будто ждал меня. Его взгляд был осмысленным. Он не бросился сразу, а оценивал меня. Я тоже замер на мгновение, просто было интересно, что он из себя представляет.

Ничего интересного.

Он сделал выпад. Я ушёл назад, отбил его руку и ударил в ответ. Меч прошёл сквозь шею. Чисто, без какого либо сопротивления. Монстр упал на колени, хватаясь за рану, и уже через секунду затих.

Я вытер лезвие о его шкуру и пошёл дальше, не оглядываясь.

Дальше воздух был чистым, напоённым запахом земли после дождя и далёкого цветущего кустарника. Примерно на середине дня я остановился, чтобы немного передохнуть. Присел на камень, достал из сумки кусок хлеба, сыр и немного сушёного мяса и запил водой из фляги.

После перекуса я встал, потянулся, размял плечи и достал меч. Несколько минут просто держал его в руках, чтобы прочувствовать его вес. Потом начал двигаться, делая привычные удары. Меч рассекал воздух с лёгким свистом. Я чувствовал, как мышцы отзываются на привычную работу, как тело помнит движения, отточенные в боях и тренировках.

После этого убрал оружие, закинул сумку на плечо и пошёл дальше. Через пару часов я увидел плато. Перед ним валялась старая, прогнившая повозка, что свидетельствовало о том, что раньше здесь и правда ходили торговые пути.

Само плато возвышалось над землёй, словно гигантский стол. Ветер с этого плато действительно дул невероятно сильно, как и говорили. Сперва порывы были лёгкими, но чем ближе я подходил, тем тяжелее было удержаться.

Я пригнул голову, прикрыл лицо рукой и пошёл вдоль плато, пытаясь обойти его с западной стороны. Дорога вела между двумя скалами. Узкий, почти естественный проход, будто кто-то когда-то расколол гору надвое.

Но самое удивительное — чем глубже я заходил между скал, тем сильнее становился ветер. Он бил в грудь, будто предупреждал не иди дальше. Камни под ногами были скользкими, покрытыми мхом и песком, унесённым сюда с плато.

Свет сюда попадал с трудом, и тень от ущелья делала дорогу полутёмной, несмотря на ясное небо над головой. Где-то вверху, между скал, что-то свистело и стонало. А я подумал: — «Интересно, а не тут ли случайно пропали люди из моей несостоявшейся группы?».

Хотя с другой стороны, я понимал, что место хоть и опасное, люди там были не настолько неподготовленными, чтобы не пройти его.

Я шёл осторожно, прижимаясь к стене, чтобы быть увереннее в каждом шаге. Иногда мне казалось, что я слышу шепот, но это был просто ветер, играющий с камнями и моим разумом.

Через некоторое время ущелье начало расширяться, и я понял, что миновал самый узкий и при этом опасный участок. Теперь дорога шла вдоль одной из скал. Слева от меня оставалась стена, покрытая следами времени и ветра, а справа обрыв, уходящий вниз так глубоко, что дно терялось в серой мгле. Ветер больше не ревел, как в ущелье, но и не утихал насовсем.

Каждый мой шаг отзывался эхом, но не простым отражением звука. Оно менялось. Иногда повторяло шаг, как и положено, но чаще добавляло ещё один, будто кто-то шёл следом за мной. Это путало и немного даже пугало.