Книга Личный враг императора, страница 32 – Василий Сахаров

А вот и аборигены. Они заметили мой рывок, а раз так, то таиться смысла больше не было, и я услышал их крики:

— Лови его!

— Он наверх поднимается!

— Окружайте!

«В самом деле, люди», – на ходу усмехнулся я и забежал на второй этаж. Никого поблизости не обнаружил и сразу поднялся на третий.

Стоп! Поворот. Присел на левое колено. Справа появился абориген в потрепанном мундире, и у него имелось оружие, гладкоствольное ружье. Неосторожный каннибал торопился, поздно меня заметил и поплатился за это. Короткая очередь в три патрона прошлась по его груди, и он отлетел назад, упал на серый бетонный пол и захрипел.

Один готов, но за ним шли другие, которые будут более осмотрительны. Это нормально.

Топот ног. Неразборчивые окрики и тишина. Затаились, мерзавцы.

Ну ладно, раз гора не идет к Магомеду, то Магомед идет к горе. Пошел!

Одна комната позади. Другая. Коридор. Еще помещение. Заминка. За поворотом кто-то был. Ну и кто бы это мог быть? Конечно, затаившийся абориген. Я подобрал с пола обломок кирпича, бросил его в сторону и противник среагировал. Выставив перед собой обрез винтовки, противник вышел из укрытия, оказался передо мной и моментально схлопотал пулю.

В помещении, пусть даже с многочисленными дырками в стене, выстрел прозвучал громко, и звук ударил по ушам. Однако это не помешало мне броситься вперед, оттолкнуть в сторону тело уже мертвого аборигена, который прислонился к дверному косяку и никак не желал падать, а затем ворвался в просторный зал. В нем три человека. Все вооружены винтовками и целились в меня. Но я уже понял, каков уровень подготовки у этих вояк, которые, наверняка, сидят здесь очень давно и до сих пор не смогли оборудовать более-менее приличные оборонительные рубежи, не говоря уже про ловушки на подходе к своему жилью. А потому не сомневался, что они гораздо слабее меня, бил одиночными и не мазал.

Первый упал с простреленной башкой и за ним сразу второй, а вот третий попытался уклониться и этого я только ранил.

Прыжком я подскочил к подранку и врезал ему ботинком по голове. Он отрубился, а я услышал топот ног. К залу по коридору приближались еще люди, и я метнул им навстречу гранату. Бросал, доверившись инстинктам, не раздумывая, что под руку попало, то и полетело.

Я встал за углом. Взрыв! Стены слегка вздрогнули, а из коридора вместе с пылью вылетели осколки.

Ствол перед собой. Заскочил в коридор и обнаружил еще троих аборигенов. Два трупа, граната взорвалась буквально под ними, и они приняли на себя большую часть осколков. А за ними еще один человек, пока живой. Как ни странно, женщина. Она тоже в униформе песочного цвета и в открытой кобуре на поясе у нее пистолет. Вроде бы ничего необычного, но когда раненая женщина, кстати, вполне себе симпатичная фигуристая брюнетка, прижимая к левому боку окровавленную ладонь, посмотрела на меня, я почувствовал неладное. Мне попытались залезть в голову и, уже чувствуя, как сами по себе подкашиваются ноги, я потянул спусковой крючок автомата и выпустил в оказавшуюся телепатом женщину остаток рожка.

Пули разворотили шею и череп брюнетки. После чего меня моментально отпустило. Я пришел в норму и, встряхнув головой, уже не чувствуя опасности, вернулся назад, связал подранка, которому прострелил плечо, и начал обход здания.