Книга Личный враг императора, страница 107 – Василий Сахаров

Однако личное общение у нас не заладилось. Алевтина Николаевна, которой не так давно стукнуло восемьдесят лет, а выглядела она, мать пяти детей, при этом всего на сорок, привыкла прогибать тех, кого считала слабее, под себя. А я ее внук. Тоже системщик, но до уровня бабушки мне далеко. Следовательно, по мнению Алевтины Николаевны, обязан выполнять ее указания беспрекословно. Вот только я на ее слова о том, как мне жить и с кем дружить, лишь согласно мотал головой, а делал все по своему, и вчера, поняв, что она для меня не абсолютный авторитет, бабушка разозлилась и сорвалась. Придавила меня навыком «Стальной темницы» и я поплыл. Тело сковала чужая сила, и защитные обереги не среагировали. Я не мог ничего сделать, и это было неприятно. Стоял, как болван перед красивой суровой женщиной, которая смотрела на меня с холодной отрешенностью, словно я не родной, и размеренно чеканила слова:

— Вальдер, я не знаю, почему патриарх и мой муж уделяют тебе столько внимания. Наверное, это связано с тем, как быстро ты поднял уровни. Признаю, я тоже под впечатлением от твоего прогресса. Но это не дает тебе никакого права игнорировать слова старших. Я мать твоего отца. И ты мне дорог. Так же как мои дети и другие внуки. Однако ты не настолько крут, каким хочешь себе казаться. Всегда найдется кто-то сильнее. И я не потерплю наглости. Запомни это, Вальдер. А иначе тебя придется наказывать, словного малолетнего ребенка…

Бабушка говорила и говорила, а меня накрывало бешенство. Понятно, что Алевтине Николаевне не рассказали про то, что я спас клан. Да и про мой личный исток промолчали. Поэтому она себя так и вела. Попробовала меня поучить, а когда не вышло, решила прогнуть и немного припугнуть. Так что злиться на нее или сильно обижаться, если смотреть правде в глаза, не стоило. В конце концов, она просто выполняет указание патриарха и воспитывает меня, как умеет. Однако я не привык к тому, чтобы со мной так обращались, и прогибаться не собирался. Вот и сделал единственное, что смог в таких обстоятельствах. Я потянулся к магическому источнику, и он отозвался, моментально усилил мой духовный доспех в несколько раз и давление «Стальной темницы» рассеялось.

Не обращая внимания на изумленную Алевтину Николаевну, я подошел к мини-бару, где стояли стаканы и бутылка с чистой водой, напился и, посмотрев на бабушку, сказал:

— На первый раз прощаю. Да и то, лишь потому, что мы родня. Но если подобное повторится, и ты снова попытаешься атаковать меня навыком или как-то иначе, получишь ответку.

Бабушка промолчала, наверное, растерялась, а я покинул библиотеку, в которой проходили наши занятия, и отправился в спальню.

Сегодня с утра Алевтина Николаевна держалась как обычно. Ни намека на слабину. Сильная женщина, которая не оставит своих попыток сделать из меня послушного внука. И пока добирался в университет, я всерьез размышлял о том, что клан в лице старших родичей, как бы ни было велико мое уважение к ним, становится для меня обузой. То Максим Петрович интриги плетет, то бабушка давит, а прикрыть меня от них в клане некому. Отец против старших не пойдет. Мама тем более. Остается дед Федор, но уверен, что он мне тоже ничем не поможет. А раз так, возникает резонный вопрос. Что мне делать и как я должен поступить, дабы сохранить свою свободу?