Книга Компания «Охотники на монстров», страница 39 – Ларри Коррейя

Положив перемазанный телесными жидкостями нож на стол, я отошел вымыть руки. Они здорово тряслись, и тошнило меня не по-детски. Рядом яростно соскребал с себя грязь Трой.

— Отстой какой-то, – прошипел он.

— В следующий раз я вгоняю кол, а ты рубишь, – ответил я.

— Эй, ты сам решку выбрал, я не виноват.

— Ну, скажи спасибо, что не пришлось в кишках ползать.

Он нахмурился.

— Даже не напоминай, я тут и так пытаюсь не сблевать.

«Ползать в кишках» – это когда салагу посылают ползти через длинный лабиринт труб, набитый коровьими внутренностями. Внутри темно, жарко, склизко и ужасно воняет – худший опыт в моей жизни, даже хуже той технической смерти.

Это была вроде как проверка нашей устойчивости: сможет ли боец выжить в таких диких условиях и не сойти с ума. Но я подозревал, что Предтеча просто решил нас помучить. Двое салаг сразу ушли, увидев лабиринт, и я им только позавидовал, когда сам застрял в темной трубе, с ног до головы покрытый слизью, навозом и обрывками кишок. Один мой одногруппник посреди трубы словил паническую атаку и впал в ступор. Всех троих отправили домой, выписав чеки на кругленькую сумму.

Нас осталась дюжина. С такими требованиями неудивительно, что в К.О.М. не хватало людей. Предтеча своего отношения и не скрывал: он был твердо уверен, что чем сильнее попотеем на тренировке, тем меньше крови прольем в реальности.

Холли закончила вбивать кол и тоже подошла к умывальнику. Тот факт, что она только что молотком вбила заостренную деревяшку в грудную клетку когда-то живого человека ее как будто вообще не беспокоил. Да и вообще ее ничем было не пронять, за каждое задание она бралась с мрачным энтузиазмом. Свою историю она нам так и не рассказала, но было очевидно, что врагов наших она ненавидит люто. Ползти через кишки? Рубить головы? Не проблема. Главное – взыскать с них с процентами.

— Вроде неплохо вышло. Чак там с головой возится, бедняга. Ну, сам виноват, – сказала она, хитро нам ухмыльнувшись.

— В смысле? – спросил Трой, все намывавший руки. Не хотелось его расстраивать, но я чувствовал, что, сколько ни мойся, чистыми нам после такого уже никогда не быть.

— Он всегда выбирает «камень», дурачок, не «ножницы», не «бумагу». – Она осмотрела ногти, под которые забилась застарелая кровь. – Кстати, я слышала, как Дуркас говорила с Майло: Предтеча нами доволен, обещает настоящие выходные.

— Круто! – Мы вкалывали целый месяц, поэтому к выходным я был более чем готов. Когда впереди маячат два дня законного отдыха, ковыряться в трупах уже как-то легче. – Я только рад отсюда вырваться.

— Согласна. – Она обернулась к Трою, снова мылившему руки. – Трой, друг, быстрее, ты тут не один.

— Ты понятия не имеешь, какие на них бактерии могут водиться, – ответил он. – Нужно тщательно следить за гигиеной.

— Ты разве не физику преподавал?

— Химию. А еще учителя музыки подменял и футбольного тренера иногда. Школа у нас была маленькая.

Вот историю своего соседа по казарме я знал хорошо: после того как ему пришлось киркой проламывать головы своим восставшим из мертвых ученикам, карьера учителя у него как-то не задалась.

— Ну почему ты такой брезгливый? Ты же лягушек резал. Подожди, у тебя тут то ли кровь, то ли сопли какие-то в дредах…

Стоило Трою с отвращением схватиться за волосы, как Холли тут же протиснулась мимо него и сунула руки под кран.