Книга Вендетта, страница 17 – Ларри Коррейя

— Ну… Красивая. – Это было еще мягко сказано. Она меня околдовала с первой встречи. Эта встреча была лучшим, что со мной случалось в жизни. А момент, когда я Джули чуть не потерял, – худшим. – Высокая, крепкая такая… Она много тренируется. Длинные темные волосы, самые красивые карие глаза, что я видел, носит очки…

— Бабы в очках горячие.

— Согласен, братан. Полностью согласен. Она сейчас, наверное, меня ищет.

— Тут? В Мексике?

— Конечно. Она тоже охотница на монстров.

— Слушай, я уже сказал, что прикрою тебя насчет той истории с резней мачете. Со мной-то не надо притворяться.

Я расхохотался в голос. Туберкулезник Хорхе заворчал на меня из угла.

— Я не шутил. Она охотница и очень хороша в этом деле. Ведет деловые переговоры, эксперт по монстрам, снайпер в нашем отряде. При мне линдворму глаз прострелила с летящего вертолета! А как она из пистолетов палит… В общем, я счастливчик: в меня влюбилась южная красавица-снайперша, ценительница искусства. Понятия не имею, как так вышло.

Это тоже была правда. Понятия не имею, как такой слон в посудной лавке мог ее впечатлить.

Джули была одним из первых охотников, которых я встретил. Я как раз сидел дома, поправлялся после стычки с вервольфом, а она пришла ко мне, предложила работу. Это была любовь с первого взгляда. Ну, для меня. К счастью, она потом тоже что-то во мне нашла. Всего-то и надо было, что победить силы зла и спасти мир.

— Интересная вы парочка… – немного нервно сказал Стив.

— Она в этом деле дольше меня. Это семейный бизнес, ее дед там СЕО. Они уже больше ста лет на рынке, так что она буквально для этого рождена. Шэклфорды живут охотой на монстров, спят и видят ее, на хлеб мажут.

— Ее родня, похоже, те еще психи.

Повисла долгая неловкая пауза: я соображал, как ответить. Потер здоровенную шишку на лбу, вскочившую после удара прикладом. И вот как описать моих будущих тестя и тещу…

— За живое задел?

— Ты даже не представляешь, – пробормотал я. Если бы существовал конкурс на худшую тещу, я бы его выиграл мигом. – Ее родители тоже были охотниками, все их помнят как замечательных людей, но… Ладно, ты все равно не поверишь.

— Точно, я в твою хрень не верю.

— Тогда забей. В общем, теперь они чистое зло во плоти.

— Да ну, не может быть. Притретесь друг к другу потихоньку.

— Это вряд ли, – ответил я, перевернувшись на бок. Между лопаток поползло что-то подозрительно похожее на многоножку.

Дежурные лампочки замигали и вдруг погасли, в камерах забормотали.

— Опять электричество вырубилось, – прокомментировал Стив. Вдалеке раздался тонкий противный вой, но тут же оборвался. – А хотя нет, тревогу вон включили.

Он поднялся с нар и подошел к решетке, остальные тоже зашевелились. Жизнь в Шестой секции была монотонная, а тут хоть какое-то развлечение.

— Что-то случилось.

Я сел.

— Что?

— Не знаю, парень. – Он обернулся к остальным и зачастил на испанском – велел всем успокоиться. Они уныло послушались.

Барак погрузился во тьму, и у меня немного затряслись поджилки. Что, если теневой мужик за мной вернулся? Окошки в секции были маленькие, под самым потолком, но луна, полная и яркая, посылала бледные лучи через них, как прожектор. Сквозь решетку я видел сидельцев из камеры напротив, любопытных, нервных…

Раздались выстрелы.