Книга Вендетта, страница 136 – Ларри Коррейя

ЭТО МОЯ ОБОЛОЧКА. НАЙДИ СВОЮ.

— Что ты такое?! – крикнул я.

Тишина.

Странная фигня, но размышлять о ней не было времени. Найти все про Худа – вот моя задача… Но стоило об этом подумать, как пространство вокруг изменилось.

— Я знаю это имя, – сказал первый голос. – Я знаю Худа.

Вдруг появился свет, пространство, измерения и гравитация. Передо мной открылось мутное изображение: группа людей – очевидно, охотников, но с устаревшим снаряжением и незнакомыми нашивками. Звука не было, но по движениям я понимал, что они приветствуют нового бойца. Вместо деталей – смутные серые пятна, лица охотников… Да не было у них лиц. Просто слегка бугрящаяся плоть там, где должны быть черты лица. Только один из людей был виден четко – новичок, на котором сосредоточилась вся сцена: молодой парень с лишним весом и копной кудрявых волос. Бронежилет едва не трещал по швам на его животе. Парень улыбался, смеялся с остальными. Но вот движения охотников замедлились… и вовсе остановились.

У меня снова появилась физическая форма. Я прошел между замерших охотников как сквозь трехмерную фотографию. Остановился напротив Худа и принялся изучать его лицо. Он был такой же, как в воспоминаниях Дуркас: пухлый, с постакне, совершенно не похожий на крутого парня, который на меня напал. Ничего примечательного в нем не было: просто бестолковый толстячок, примерно мой ровесник.

— Я это помню… – снова произнес голос сразу у меня за спиной. Я обернулся. Говорил один из охотников, детализированный, в отличие от остальных. Он был в оливковом бронекостюме, с бандольерами патронов для дробовика крест-накрест на груди. Сильный, подтянутый, с узкой бородкой и темными с проседью волосами. Красивый такой латиноамериканец лет сорока, но глаза запавшие, испуганные. Я едва узнал в нем хрупкого пациента, которого встретил в реальном мире.

— Я это помню… Он не все забрал…

— Кто что забрал?

— Пожиратель, – ответил он, словно это было очевидно. – Ты пришел мне помочь?

— Да, – сказал я, понятия не имея, как это вообще сделать. – И где этот Пожиратель?

Карлос постучал пальцем по виску. Я кивнул.

— Не беспокойся, он скоро сам явится. Стоит мне что-то вспомнить, он приходит и сжирает это. У меня почти ничего не осталось.

— Он ест твои воспоминания?

— Поглощает, что-то переваривает, а остальное срыгивает обратно мне в мозг. Я сохранил кое-что. Стараюсь не думать о них, но знаю, что они там. Когда я что-то вспоминаю, оно исчезает. Все счастливые исчезают… – Он поднял левую руку, показывая кольцо. – Я был женат, кажется, но не помню ее. Эти воспоминания он сожрал первыми, потому что я сразу о ней подумал, когда оказался в плену. Потом он взялся за остальные… Я не смог с ним бороться. Он слишком силен. И всегда голоден.

Я в ужасе слушал, думая, что же будет с моими собственными воспоминаниями.

Карлос прошел между застывшими фрагментами памяти. Он весь дрожал.

— Я не помню свою жизнь. Знаю вещи, знаю, что значат слова… Похоже, он жрет мясо, но не кости. Например, я помню, что такое еда, но не помню, какая она на вкус, понимаешь? У меня почти ничего не осталось!

— А как ты сохранил это воспоминание?

— О, плохие, мучительные воспоминания он мне оставляет, чтобы посмеяться над моими неудачами. Я могу снова и снова переживать ошибки, которые привели меня к такому концу. Это единственное, что мне осталось. Тварь, живущая у меня в голове, та еще злобная сука: если б я хоть что-то хорошее мог из этих сцен выдавить, она бы их уже сожрала.