Книга Вечные Пески. Том 1 и 2, страница 129 – Лео Сухов

Ему даже удалось. Он всё-таки всадил клинок в щель между костяными пластинами. Но второй кровавый перст, стоявший сбоку, размахнулся и ударил Лехра с разворота, будто тяжёлой дубиной.

Осма отбросило к самым нашим ногам. Отрубив голову очередному песчаному человеку, я наклонился. И, ухватив Лехра за кольчугу, вытащил из горячки битвы. Стражник был, на удивление, ещё жив.

— Несите его в башню к шептуну! — бросил я топтавшимся рядом стрелкам.

С тех пор, как людей начали теснить от парапета, они всё равно стояли без дела. Лишь изредка им удавалось пустить стрелу, и то почти в упор, в лезущего в толчее врага. Лучники теперь больше место занимали, чем реально могли помочь.

Прорыв на границе двух участков держали, по сути, двое. Я — на одном фланге, отбивая атаки на наш фрагмент стены. И незнакомый наёмник с диковатыми, горящими яростью глазами. Вооружён он был необычным для песков прямым и узким двуручным мечом.

Левый бок ему прикрывал молоденький парень со щитом и коротким мечом. Весь в крови и пыли, но ещё живой и отчаянно рубящийся. Как они уцелели в первой мясорубке, одному Отцу Песков известно.

Жаль, что их старания были напрасными. По всей стене кипел отчаянный бой, и люди проигрывали в нём шаг за шагом.

Снизу, по горе тел, выросшей за два гонга, карабкались разом пять кровавых перстов. Они вывалились на стену почти одновременно. Строй защитников дрогнул и попятился, готовясь рухнуть.

И в этот момент Храв меня сильно удивил. Наш никчёмный командир оказался человеком. С криком «За мной!» он бросился к перстам, вместе со своим помощником и одним из осмов. Их храбрость нашла награду: им удалось почти невозможное. Эти трое оттеснили демонов к самому краю и даже скинули троих обратно, вниз. На мгновение показалось, что кризис миновал, но…

В этот самый миг, из темноты за парапетом, прямо там, где стоял Храв, взметнулось нечто огромное. Когти впились в камень стены, клацнули зубы — и огромный качург начал выбираться на стену.

Храв в отчаянной попытке не успел даже поднять щит. Огромная лапища ударила его по пухловатому торсу. Не проткнула, а именно ударила, но с чудовищной силой. Влажно хрустнув, тело бывшего триосма кувыркнулось, сбивая попавшихся на пути бойцов.

И без звука рухнуло со стены в город, в темноту Глиняного круга.

Я уже бежал к качургу, снося щитом лезущих по пути врагов, а иногда и расталкивая союзников. Нельзя было дать этому чудовищу выбраться на самый верх. Сейчас качург висел на краю, неуверенно цепляясь за зубцы. Но если он влезет, начнётся бойня, после которой наш участок окончательно падёт. И тогда орда хлынет на стены через эту брешь.

Пока я бежал, качург успел натворить дел. Пятерых бойцов, пытавшихся сдержать его клешни и хвост, размазало в кровавые лепёшки. Ещё четверо, отброшенные мощными ударами, с криками корчились на каменных плитах.

Из всего командования на ногах остался лишь один из осмов Храва. Тот самый, что накануне вечером забирал копейщиков. Его лицо было белым, как мел, он пошатывался, но пытался что-то кричать, собрав вокруг бойцов своей осмии.

У качурга была другая проблема. Эта тварь ещё не закрепилась. Его чудовищное тело, покрытое бронёй, возвышалось над парапетом лишь наполовину. Он цеплялся за зубцы могучими конечностями, изо всех сил пытаясь подтянуться наверх. Однако при этом топтал и расплющивал песчаных людей, составлявших его «лестницу». В общем, не было у него пока полноценной свободы движений.