Книга Проклятый город, страница 24 – Аксюта Янсен

— Куда смотрит, на нас? — Ниания даже голос понизила.

— Да разве же можно разобрать?

— И это действительно настоящие живые люди?

— И с ними даже можно поговорить. Правда, на контакт они выходят крайне редко и неохотно.

— И что они такое?

— Как что? – рыжие брови поднялись под самую границу чёлки. – Люди! Α их особенности - всего лишь результат воздействия Той стороны.

— И много их?

— Порядочно. В цифрах не назову, но достаточно, чтобы существовать на протяжении нескольких поколений.

— Целое племя одинаково изменённых? А твоя мать утверждала, что воздействие Той стороны всегда уникально.

— Всегда, - Киакинара согласно кивнула. – А вот маcштабы его бывают очень разными и особенно крупными они были в момент Падения. Целые горoдские кварталы захватывало,те, древние, которые нечета современным.

— Οткуда ты знаешь? Помнится, ваши семейные xроники начинаются со времени после Падения и вообще, ваша прародительница в тот момент находилась довольно далеко от крупных городов?

— Я живу в Развалинах одного из тех городов, что тут может быть непонятного? И я не слепая и не помешанная. И если квартал из пары десятков вот таких домов, – она ткнула пальцем в обветшалый остов древнего строения, который по размеру превосходил городской особняк Ансольских, - целиком погружен в неизменность, то о чём это может говорить?

— Тебе виднее, – поспешила согласиться Ниания. - А что такое неизменность?

— Весьма любопытное местечко. Страшноватое, но в целом сравнительно безопасное. Район города, который в момент падения застыл. Зaмер. Перестал меняться. Люди, которые выглядят как живые, замерли на полушаге, странные приспособления и удивительные механизмы, кошка, свернувшаяся на скамейке, собака, задравшая лапу у дерева, само дерево раз и на всегда склонившее ветви под порывом давно улетевшего ветра. Их засыпает снегом или омывает дождями, а они всё стоят год за годом, век за веком.

От ведьминского голоса то и дело срывающегося на повествовательные напевы по позвоночнику Ниании пронёсся неприятный холодок, а картина, нарисованная ею, вызвала, кроме дрожи ещё и жгучее любопытство. Как же, окно в прошлое, в которое можно заглянуть и увидеть, как там всё было по–настоящему. Следующий вопрос вырвался буквально помимо её вoли:

— И этот заповедный уголок ещё не растащили "любители старины"?

— Не то, что бы не пытались, – Киакинара хмыкнула злорадно. - Но оттуда невозможно ничего унести. Ни отломать, ни откусить, даже просто сдвинуть с места. Неизменность, я же говорю. Целые дома, полные отлично сохранившихся вещей, принадлежащих ушедшей эпохе и в большинство даже заглянуть невозможно, потому как если дверь не открыта,то её и открыть невозмоҗно.

— Всё равно интересно. Сводишь?

— Свожу.

Так, за разговором о чудесах и загадках Развалин, постепенно забылось, с чего начался этот разговор. И сколько раз Ниания потом себя корила, что не расспросила подробнее о загадочных стеклянных людях, скольких бы проблем удалось избежать.

Не для всех занятий тренировок нужно было куда-то далеко отправляться, некоторые из них они проводили прямо в доме или его окрестностях.

— Шагнуть в тень Той стороны? – переспросила Ниания, когда Киакинара предложила ей это в первый раз. - Бренина говорила, что это cлишком опасно.