Книга Страж империи, страница 66 – Андрей Посняков

Сам Керим-сули (как давно уже понял протопроедр – хитрован тот еще) насчет неведомых помощников ничего не пояснил – так, мол, взялись откуда-то – и слава Господу. Он так и выразился – слава Господу, а не Аллаху, видать, был крещеным. Что же касаемо ночных татей, то в них караванщики с уверенностью опознали людишек из шайки знаменитого в определенных кругах Васьки Ноздри, месяца два тому назад наголову разгромленной войсками Казимира Ягеллона, Божьею милостию короля Польши и великого князя Литовского. Разгромить-то разгромили, да, похоже, не всех – остатки шайки по-прежнему промышляли в междуречье Днепра и Ворсклы, и даже вот перебрались на правый берег.

Наскоро похоронив погибших – и своих, и татей – небольшой караван Керима-сули быстро тронулся в путь. Переправившись через Днепр на перевозе, покатили вдоль Ворсклы-реки, по земле, пожалованной литовским князем Глинским. Путь оказался вполне безопасным, людным. Ночевали в селах, ни в какие города не въезжали, а вскоре и совсем повернули на юг, к Еголдаевой тьме – так назывались земли, пожалованные великим князем Литовским служилым татарам. По ним уже ехали Муравским шляхом – дорогой широкою, многолюдною, пыльною.

— Откель, братцы? – приветствуя, интересовались встречные-поперечные.

— С Монкастры, земли фрязинской, – уверенно отвечал Керим-сули. – По делам торговым к Еголдаям заедем, а потом домой, в Глинск.

Как Алексей не оглядывался, а все не мог заметить позади усатых. Да и как их заметишь-то? Эвон сколько народу – все возы, возы, возы… С сеном, с овощами, с медовыми бочонками, с продуктами разными – оно и понятно, август, сентябрь скоро.

В Еголдаевой тьме городов больших не было, почитай, одни села. Там вроде как расторговались, правда, недолго, да Алексей и не смотрел на торги – думал, как бы сторговать коня, да так, чтоб хитрован купец не заметил. Ближе к полудню сторговал-таки у одного цыгана, у него ж и дознался – сегодня с утра еще тульские купцы-гости по Муравскому шляху домой подались.

— С утра, говоришь? – у молодого человека захолонуло сердце – успеть бы!

— С утра, у утра, – покивал цыган. – Не с такого и раннего. Ежели поспешишь сейчас – к ночи нагонишь.

Протопроедр уже и собрался было последовать сему совету – ускакать не прощаясь. Да вот беда, встретился на базаре с купцом. Керим-сули коня заценил – языком поцокал, знатный, сказал, жеребец, только вот купил ты его дорого – почитай в две цены.

— Как две цены? – молодой человек возмущенно хмыкнул. – Разве тут так кони дешевы?

— То-то, что не дороги, – ухмыльнулся купец. – Спросил бы, преж чем покупать – посоветовал бы, а так… Ну, ладно – купил так купил, нам уж с тобой больше не по пути, пошли прощаться.

О! Не по пути! Да и слава богу! Уж теперь без вас, хитрованов, как-нибудь, не столь уж и много осталось, туляков бы только догнать, тех, про которых цыган говаривал. Не хотелось, конечно, прощаться – время зазря терять, да уж теперь куда деться? Взять да сорваться – невежливо.

Пришли на постоялый двор, посидели чуток – Алексей сразу предупредил, что времени у него и нет почти, надобно, мол, поспешать.

— Поди, гостей тульских догнать хочешь? – усмехнулся Керим-сули. Вот ведь черт – догадался!

— Их.

— Ну, тогда поспешай, удачного тебе пути.