Книга Битва за империю, страница 64 – Андрей Посняков

— Я тебе помогу, Леша, не сомневайся, – хозяйка, с виду обыкновенная деревенская бабуся, только взгляд пронзительный, цепкий, поставила перед гостем миску с толченой и запеченной в печке картошкой. – Но и ты мне помоги. Для того тебя и жду.

— Помочь? – Ложка застыла в нескольких сантиметрах от губ протокуратора. – Каким образом?

— Передать надобно кое-кому кое-что, – неожиданно льстиво улыбнулась Федотиха, и в этой вот ее льстивости молодой человек почувствовал какой-то подвох, что-то такое, что, наверное, могло бы отдалить его от задуманных планов.

— Да ты не щурься, дело-то на пятак! – поставив на стол бутылку самогона, старуха вытащила из старинного буфета две синие стопки.

Налила – и себе и гостю:

— Ну, за встречу!

Алексей, кивнув, выпил, ощущая, как провалилась в желудок обжигающе-горячая жидкость, вовсе не неприятная, а даже наоборот.

— Закуси, закуси, вон, сальце!

И сало тоже оказалось вкусным, во рту тающим.

— Расскажу тебе сейчас одну историю, – откушав сала, колдунья вытерла руки о подол передника, – а ты, Леша, слушай внимательно, не перебивай.

— Да слушаю, слушаю, прям оба уха навострил.

— Давно, перед Олимпиадой еще, жила-была в некоем городке некая гражданка по имени Аграфена Федотовна, по фамилии Иванькова. – Бабка прищурилась и, окинув внимательно слушающего гостя взглядом, продолжила: – Жила так себе – с мужем развелась, детей Господь не дал, зато дал работу денежную – в одной солидной конторе главбухом, сиречь – главным бухгалтером. Дебет, кредит и прочий аудит, хе-хе… Так вот, все бы оно ничего – и дачку себе со временем справила – кстати, вот эту, – Федотиха с горделивым видом обвела вокруг руками. – И все бы ничего, жила б себе да поживала, да добра наживала… тем более, директор человек добрый, понятливый… такой же, как и парторг с профоргом. Но народ-то у нас, Леша, дюже завистлив и пакостен! Короче говоря, пожаловал в нашу контору злой ОБХСС! Знаешь, что такое ОБХСС, иль пояснить?

Ох! Вот в этот момент колдунья и вовсе не напоминала простую деревенскую бабку! Взгляд хитрый, наглый, с прищуром, левая нога – вперед, правая рука – за спину. И вообще – вид, того и гляди закурит что-нибудь этакое, дамское, в длинном янтарном мундштуке…

— Да знаю, я ж историк все-таки. Отдел борьбы с хищениями социалистической собственности – вот как эта организация расшифровывается!

— Так, так, – покивала бабка. – Так вот… Кто всех тогда спас от ревизии?

— Добрые люди?

— Хе! Нет. Я! Я сама всех и упасла – божьим чудом. То есть это я тогда, дура, думала, что чудом, а теперь мыслю – к чудесному-то спасению требуется и руку приложить. Не понимаешь?

— Чуть-чуть…

— Ну так слушай дальше, теперь уж недолго осталось. За день до ревизии – тридцатого июля, как сейчас помню – и ты, Леша, хорошенько эту дату запомни – поехала я на дачку… гхм… кое с кем… да и так, прибрать кое-что. И – надо же! – в собственном буфете обнаружила вдруг полный чемодан денег! Сто тысяч рублей образца шестьдесят первого года! Сумма по тем временам – очень и очень приличная. Хватило и недостачу покрыть, и кой-кому на подарки. В общем, выкрутилась… Себе благодаря… и тебе, Леша! Понял, наконец?

— Да понял. – Алексей махнул рукою. – Деньги, что ли, тебе там передать?

— Хм, деньги. – Федотиха снова наполнила рюмки и засмеялась. – Сейчас и денег-то таких нету. Вот!