Книга Враг императора, страница 58 – Андрей Посняков

— Так ты… вы… значит, и есть – знаменитый Филофей из Мореи?

— Из Мистры, смею поправить, любезнейший господин! – Алексей изящно поклонился, нарочито небрежно захватив двумя пальцами краешек мантии – так, как вчера показала Мелезия. – Да, в тех краях я очень сильно знаменит! Можно даже сказать – каждая собака знает. Буквально не возможно пройти – даже страшно иногда делается!

Сам не замечая того, Лешка сбился на простонародный говор, впрочем, хозяину, похоже, было все равно.

— Так вы готовы учить моих ребят?

— Даже не знаю. – Старший тавуллярий вмиг напустил на себя самый задумчивый вид, а именно: этаким слабым – воздушным, как говорила Мелезия – жестом взял себя за бородку и устремил мечтательный взгляд куда-то мимо собеседника. Вот представил, как будто сразу за круглой Агафоновой рожей висела какая-нибудь интересная картина, скажем, Ван Гог. Нет, лучше Ренуар – «Купальщицы»! Такую картину Лешка когда-то давно видел в какой-то глянцевой книжке с репродукциями.

— Что? Что там такое? – перехватив взгляд гостя, Агафон быстро обернулся и посмотрел на стену. – Вроде и нет ничего. А что вы так туда смотрите? Мух увидели или, не дай бог, паука?

— Никого я там не увидел, – мягко улыбнулся Алексей. – Я смотрел сейчас в свою душу, озабоченную нашей беседою.

— А-а-а-а! Вот оно, значит, как – в душу.

И тем не менее нувориш снова покосился через плечо, а уж потом спросил:

— Так я не понял – как насчет моих парней?

Лешка чуть не расхохотался – настолько хозяин дома напоминал сейчас некоего анекдотически-карикатурного «братка» из анекдотов. Даже изъяснялся похоже!

— Я, наверное, мог бы, может быть, их учить… У меня как раз есть немного свободного времени…

— Так в чем же дело?!

— В деньгах, друг мой! – на миг вышел из образа гость. – В таких золотых, сверкающих на солнце, кружочках.

— Понял, – тут же кивнул Агафон. – Намекаете на цехины? Или флорины?

Алексей махнул рукой:

— А все одно – дукаты.

Во взгляде «братка» неожиданно промелькнуло уважение:

— Я вижу, вы в деньгах разбираетесь.

— Да уж, приходилось сталкиваться. Так что насчет оплаты труда?

— Сговоримся! – Агафон хохотнул и, грохнув кулаком по столу, позвал слугу.

Тот сразу же вбежал в зал, словно бы того и дожидался, положив на стол перед хозяином увесистый, приятно звякнувший мешочек.

— Здесь тридцать дукатов, – просто, как о чем-то само собой разумеющемся, пояснил хозяин дворца. – Ваша плата за первую неделю. Ежели мало – скажите.

— Разве денег бывает много?

Агафон снова захохотал:

— А вы мне даже чем-то понравились! Клянусь моими повозками! Но… – Нувориш посерьезнел. – За хорошую плату спрошу такую же работу. Парни у меня хорошие, но слишком уж веселые. Любят иногда пошутить! Вот, вчера чуть было учителя танцев не сожгли.

— Как это – чуть не сожгли? – удивился Лешка.

— Да так… Подожгли его мантию свечкой. Он было тушить, так ведь мои парни не дураки – предварительно мантию греческим огнем пропитали! Поди-ка, потуши! Он – пламя сбивать, а оно еще пуще! В пруд нырнул – а оно не гаснет! Прикинь, веселуха?! Пришлось оболтусов проучить – сегодня на полдня в церковь под конвоем отправлены – грехи замаливают. Со мной не забалуешь, так-то!

Где-то в коридоре или рядом – неожиданно зашумели, забегали. Потянуло гарью.