Онлайн книга «Крестовый поход»
|
— Кажется, ручей, — прошептал кто-то из близнецов. — Да-да… И течет, похоже, совсем рядом. — Там и копаем, — приказал Алексей. — У дальней стены — к ручью! Роем, как экскаваторы! — Как кто? — Меньше болтовни — больше дела! Старший тавуллярий выбрал направление подкопа очень и очень верно — почка в этом месте, у ручья, оказалась твердой лишь только сверху, да и то — лишь на первый взгляд, вернее — на первое касание. Просто, при строительстве набросали щебенки, под которой оказался песок. Повезло! Опять случай? Да нет, скорее, — трезвый расчет. Пленники трудились, как проклятые, обламывая до крови ногти и совершенно не замечая боли. Все делали быстро и тихо — двое копали, третий — отпихивал в сторону песок, потом менялись. И, наконец, докопались таки!!! Дорылись! В подкоп хлынул холодная вода ручья! — А теперь что? — сдавленным шепотом спросил Лука. Лешка усмехнулся: — Плавать умеете? — Ну… — Тогда ныряйте… вернее, ползите… Это мне вот не повезло — плохо плаваю, как бы не утонуть, а уж для вас-то этот ручей — ничто. Лешка шепотом балагурил, старательно заглушая страх, противный, липкий, поднимающийся откуда-то изнутри и отдающий холодком в сердце. Ну, со своим-то страхом можно было справиться, главное — подбодрить ребят. — Итак — я первым, вы — за мною. Быстро, и, главное — постарайтесь не шуметь. Набрав в легкие побольше воздуха, старший тавуллярий бросился… нет, лучше сказать — вполз — в заполненную холодной водой яму. Господи, ну и жуть! Острые обручи холода сдавили ребра, в ноздри полез мокрый песок… ага — вот и течение! Холодно как, господи… Ну, еще! Еще! Черт… Неужели — застрял? В груди бешено колотилось сердце, оно, казалось, вот-вот выпрыгнет… И еще очень хотелось дышать. Воздуха! Воздуха! — как пел когда-то Константин Кинчев в своей старой песне. Лешке, вообще-то, больше нравилась «АРИЯ», но и «Алису» он тоже слушал. Воздуха! Он там, наверху, этот желанный воздух… И — р-раз! Парень дернулся, рванулся вперед из последних сил… И, уже чувствуя. Что легкие вот-вот разорвутся, вынырнул на поверхность ручья. И жадно, жадно, жадно дышал! Воздух… Какое же это счастье, Господи! Какой приятный дождик… этак весело молотит. Теплый… По сравнению с ледяною водою ручья — конечно, теплый! Как душ. Вокруг темно, тихо… Это хорошо. А на востоке уже багровеет небо — успеть бы, уйти… Где же, однако, парни? И тут же, с шумом, словно купающийся гиппопотам, вынырнул один из близнецов… За ним — почти сразу — второй. — Ух! — Тсс… Вон там, на берегу — репейник… Ползем… И помните о страже! Они выбрались, выбрались, выбрались!!! Убежали, Господь помог, не оставил своею милостию. Когда восточную половину неба опалила заря, беглецы были уже километрах в пяти от деревни. А то — и больше, драпали так, что валил пар! Бежали на восток, в леса, знали, погоня в первую голову помчится по дороге на запад, в Сербию. — Как бы собак не пустили! — оборачиваясь, прохрипел на бегу Леонтий. — Ага! Собак… Ручей… да еще дождина! Лука, засмеявшись, остановился, закашлялся. Лешка стукнул его по спине и махнул рукой: — Привал. Отдохнем малость… Слушайте, а хорошую мы ямину прорыли! Наверное, метра два! Они остановились на лесной опушке, уселись, привалившись к широкому стволу дуба. Дружно задрав головы, близнецы жадно ловили капли дождя смешно открытыми ртами. Словно рыбы — наживку. |