Онлайн книга «Тайный путь»
|
— Я хочу тебя, златокудрый рыцарь… И – я всегда привыкла добиваться того, чего хочу! Ты, надеюсь, не против? — О, нет! — Тогда лучше не надейся сегодня заснуть! Они любили друг друга всю ночь, почти без перерыва, и Лешка был просто поражен необузданной страстью танцовщицы, ее пластикой и неистощимою любовною выдумкой. Приятно поражен, надо думать… Юноша все же уснул, уже под утро, когда первые лучи солнца окрасили золотисто-алым крыши соседних домов. Ах, как славно было лежать на мягком ложе, обнимая черноокую красавицу Зорбу – девушку необузданно страсти. — Вот теперь – спи… – Танцовщица улыбнулась. – Нет… сначала выпей вина… Встав, она наполнила из кувшина высокий стеклянный кубок. Поднесла к губам: — Пей… Лешка выпил, чувствуя, как смеживает веки тяжело навалившийся сон… — А теперь спи… Спи, златокудрый рыцарь… М-м… Что же так твердо-то? Он что, во сне упал с ложа на пол? Что ж Зорба-то не удержала? А, она, верно, куда-то ушла… Черт… солома какая-то кругом. Откуда здесь солома? И солнце так светит из распахнутой настежь двери… О! Кто-то подошел… Зорба! Нет, не Зорба… Чьи-то грубые сапоги… О, как трещит голова! Прямо раскалывается… Сапоги остановились прямо перед лежащим юношей. Немного постояли, а потом, с размаху, ка-ак пнули под ребра! И еще раз! И еще! — У-й, Господи-и-и… Больно-о-но… — Что, очухался, гнида белобрысая? Получай! Следующий сапог прилетел прямо в… Глава 14 Сентябрь 1441 г. Константинополь Тяжкое похмелье Безмерно пить вино есть опьянение, а пьянство – опьянения последствие, похмелье же – гордыня опьянения. …лицо. Лешка застонал – что ж вы так бьете-то, Господи? — Оставь его, Кардис, – в камеру вошел еще кто-то, по всей видимости, начальник того, кто бил. Уселся на принесенный стражником табурет, распорядился. – Усадите его! Окровавленного юношу подняли с земляного пола и посадили на лавку, прислонив спиной к стене. Из разбитого носа капала на колени кровь. По знаку старшего, стражник протянул узнику пропитанную холодной водой тряпку. Лешка приложил ее к носу и наконец-то поднял глаза… Перед ним, ухмыляясь, сидел… вислоусый Филимон – вчерашний знакомец! Второй собутыльник, рыжий Феодор, глумливо ухмылялся в углу. Он, верно, и бил! — Ну? – Филимон пристально посмотрел Лешке в глаза. – Когда и где ты должен встретиться с Константином Харголом? — С ке-ем? – от удивления Лешка чуть было не поперхнулся кровью. – С Конст… А кто это вообще такой? — А это я у тебя спросить хочу! – презрительно хохотнул Филимон… или как там его звали по-настоящему? – Тебе лучше знать – ты же турецкий лазутчик, не мы. Стоявший поодаль Феодор засмеялся. Турецкий лазутчик! Так вот оно что! Ну, если подходить формально – так оно на самом-то деле и было. Но как узнали?! — Что ты передал Леонидасу Щуке? Отвечай! — Какому Леонидасу Щуке? — Не притворяйся, что не знаешь! Старик нищий. Ты ведь первым делом подошел к нему… А мы давно за ним наблюдаем! Нищий старик… Да-а, бывают в жизни совпадения! Не знаешь теперь, как и выкрутиться… Рассказать что ли все, пока не переломали кости? А что он знает-то? Один адрес да пароль. Даже человека, к которому шел, не знает. Впрочем, Лешка и не собирался к нему идти – других дел, что ли, нету? Филимон между тем мигнул рыжему – и юноша понял, что его сейчас будут бить. И весьма жестоко. |