Книга Сокол, страница 80 – Андрей Посняков

— С ними все хорошо, мой юный господин. — Вельможа с улыбкой поклонился.

— А гробница, моя гробница? Надеюсь, ее уже начали строить?

— Уже заложили первый камень, мой господин. Кстати, мы плывем именно к тебе на выручку. Стало известно, где тебя держат.

— О, — засмеялся мальчишка. — Я уже освободился без вашей помощи, любезнейший Усеркаф! Лишь с помощью богов и друзей — вот они, рядом со мною. — Юный вельможа широко развел руками. — Эй, Ментухотеп, Джедеф, Сути! Что вы там жметесь? Подойдите ближе! Эти люди достойны самой высокой награды, Усеркаф! Я обязательно скажу об этом отцу!

Усеркаф внимательно посмотрел на беглецов и при виде Максима удивленно вскинул брови:

— У меня хорошая память на лица. Кажется, я тебя уже видел.

— Да, на реке, — вынужден был признаться молодой человек. — Я плыл на барке кормщика Небамона.

— И тебя тогда звали вовсе не Джедеф!

— Ах-маси — мое второе имя! А полностью — Джедеф Ах-маси Менхепер-ра-сенеб Таа!

Максим назвал первые пришедшие на ум имена, и, похоже, это подействовало — Усеркаф посмотрел на него уважительно:

— Мне еще тогда показалось, что ты вовсе не простолюдин!

— Да, мой недавно умерший отец — знатный человек, — горделиво поведал юноша.

— Ах-маси! Ты сказал — Ах-маси? — Подскочил к нему юный вельможа. — Так, значит, мы с тобой тезки!

— Зови меня лучше, как прежде, Джедеф. Чтоб не путаться.

— Я вижу — вы славные люди! — снова оглядев всех беглецов, торжественно произнес Усеркаф. — И оказали услугу сыну моего господина, великого властелина Анхаба, чей лик подобен Амону, а голос раздается, как голос Осириса! Вы, несомненно, будете вознаграждены, а сейчас я побеседую с каждым из вас и постараюсь исполнить то, что каждый из вас захочет.

— О, это было бы здорово, клянусь Амоном! — радостно возопил толстяк Сенуфер-ра.

Усеркаф уселся на принесенную воинами циновку и жестом велел сесть остальным. Беглецы опустились прямо на палубу.

Вельможа взглянул на бесстрастную физиономию Ментухотепа:

— Начнем, пожалуй, с тебя!

— Мое имя Ментухотеп, я был сотником в войске Итауи, правителя Наба.

— Слыхал об Итауи — воистину это достойный правитель. Как ты попал к разбойникам?

— Они пленили меня спящим. Хитростью и коварством!

— Воину не следует столь крепко спать. Что ж, чего же ты теперь хочешь? Вернуться к своему господину?

— Увы, он давно уже мертв, — глухо откликнулся сотник. — И долг мой перед оазисами Наба давно исполнен. Я воин и ненавижу хека хасут и прочую нечисть. Надеюсь, мои услуги будут полезны славному Ибане, властелину Анхаба!

— Вот поистине слова разумного и славного мужа! — Усеркаф и не скрывал удовлетворения. — Не секрет, нам нужны опытные воины. В каком отряде ты хотел бы служить? В лучниках, в щитоносцах, в секирщиках?

— В Набе я командовал сотней щитоносных копейщиков.

— Ты получишь… пока десяток, а дальше все зависит от твоей храбрости.

— Благодарю! — Встав на ноги, Ментухотеп поклонился, приложив руку к груди.

— Этот человек сделал для нашего побега все! — не замедлил высказаться Ах-маси. — Без него воистину не было бы побега. Славный Ментухотеп — храбрый и опытный воин, на которого всегда можно положиться.

— Так, с этим разобрались, — улыбнулся вельможа. — Есть еще воины?

— Я — Сути, десятник. Ты должен помнить меня, господин.