Онлайн книга «Сокол»
|
Юноша подошел ближе: — Уна! — А, явился, — обернулась девушка. — Помнится, ты как-то хотел посмеяться над одежкой хозяина? Ну, смотри, смейся. Максим хохотнул, изображая удивление: — И в самом деле смешно. Это что же — трубы для ног? — Они самые! — Уна засмеялась. — Я-то уже привыкла к их виду, а другие… Вот, специально выбрала укромный уголок, чтоб не смотрели. Молодой человек уселся в траву рядом с пиджаком и рубашкой. И то и другое пахло дорогим одеколоном и потом. Одеколон! А может быть, просто местные благовония?! По силе и запаху они никаким духам не уступят, скорее даже наоборот, превзойдут. — Уна, ты уже зашила платье? — Нет еще. — А оно у тебя одной такое? — Голубое — только у меня. А почему ты спрашиваешь? — Уна скосила глаза. — Сетнахт нашел в терновнике лоскуток. Твой. — Ну нашел. И что же? — Не знаю. Просто решил тебя предупредить. — Спасибо… Что же ты не смеешься? — Еще не все рассмотрел… Можно? — Да смотри, смотри. — Обмакнув тряпку в пену, девушка принялась стирать с брюк пятно. А Максим тем временем быстро обследовал пиджак. Начал с внутренних карманов… теперь — внешние… Ничего! Абсолютно пусты! Юноша разочарованно отложил пиджак в сторону. Ну, отыскать там бумажник он и не надеялся, но хоть что-нибудь, какой-нибудь обрывок буклета или чек из магазина… Ничего! — Уна, ты говорила, Якбаал часто надевает это платье? — Не часто. Но надевает. На богослужение. Он же хека хасут, а у них свои боги, и самый сильный — Баал, бог грозы, молнии, войны и власти. Такой же, как наш Сет. Кстати, некоторые говорят, что это — один и тот же бог. Сет и Баал. Максим слушал вполуха — честно говоря, вопросы богословия его как-то не очень занимали. Особенно сейчас, когда он так надеялся отыскать хоть что-нибудь, внести хоть какую-то ясность. Правду ли говорил Якбаал? Действительно ли так сложно вернуться обратно в то, родное время? Может, сам-то он наведывается туда, когда захочет? Может, и вот сейчас, недавно был? Иначе зачем брать с собой костюм? Только ли для богослужений? — О чем задумался, милый? — Бросив тряпку, Уна устало присела рядом и вздохнула. — Воистину, я не могла уснуть всю ночь. — Из-за вчерашнего? — Поднял глаза Максим. — Да… Ты же сам помнишь всю гнусность! Принести в жертву кошку… Это кем же надо быть?! Знаешь, Ах-маси, мне здесь почему-то страшно. И чем дольше я тут живу, тем страшнее. Не только мне — всем, кроме, наверное, служек Сетнахта. — Сетнахт… А о нем ты что-нибудь знаешь? Он давно здесь? — Всегда был. По крайней мере на моей памяти, а я здесь уже три года. Целых три года! О великий Амон, когда же это кончится? Когда ты поможешь мне покинуть это гнусное место, когда? — Девушка уткнулась лицом в ладони и зарыдала. — Ну, ну, Уна. — Максим ласково погладил ее по спине. — Не стоит так убиваться. Неужели и в самом деле отсюда столь трудно бежать? — Трудно? — Девушка подняла заплаканные глаза. — Невозможно! Здесь все, все… — Знаю — все принадлежит нашему хозяину. И везде его люди — и на пристани, и в оазисе. А в пустыне? Она же, кажется, не так далеко? — В пустыне? — Уна удивленно качнула головой и хмыкнула. — Оттуда еще никто не возвращался живым. — И все же… — Ладно, хватит болтать. Помоги-ка! Сняв с веревки вычищенные брюки, девушка протянула их парню: |